— Да… Глубже, пожалуйста!.. — практически выкрикивала Йона, и Минхо подчинялся ее желаниям, стараясь при этом постепенно набирать темп.
Ладонь легла на девичий вздымающийся живот, огладила его складки, потискала бока, спустилась вниз, и пальцы нащупали клитор. Йона подернулась от смеси доставляемого в несколько разных местах удовольствия, приподнимая таз. Язык всё кружил внутри, иногда перемещаясь вниз и вверх, ощупывал внутренние стенки лона. Минхо не заметил, как начал чавкать от выделяющейся водопадом смазки. Когда ее стало слишком много, он поднял голову и грубо дернул Йону на себя, сильнее подтянув к краю стола, и толкнулся внутрь практически в одно движение.
— Быстрее… Еще быстрее!.. Я готова, так входи нормально… — чуть пожурила Йона, дав сигнал делать всё что захочется, а Минхо был только рад, крепко взявшись за косточки ее таза и начав вбиваться в податливое тело с такой силой и скоростью, что ножки пошли ходуном.
— Какая же ты!.. — прорычал сквозь стон Минхо, окинув взглядом ее формы, дотянулся до рук Йоны и скрепил ее запястья над ее же головой мертвой хваткой, продолжая двигаться внутри то чуть быстрее, то чуть медленнее, не прерываясь на секунду. — Надо будет тебе надарить еще этих корсетных лифчиков… — он навалился сверху, вколачиваясь членом в лоно и вновь вернувшись к груди с поцелуями. — Слишком уж хорошо твои сладкие сиськи в них смотрятся…
— Если еще и засос на них оставишь…
— Не продолжай! — Минхо прокусил нежную грудь и тут же зализал, после чего крепко обхватил губами участок недалеко у соска, потершись подбородком о кружево, и всосал кожу, собираясь оставить такой засос, каких еще не оставлял.
А затем ему в голову пришла еще одна идея. Попросив подождать немного, Минхо вынул из фартука свой пояс и, усмехнувшись своим фантазиям, подразнил им Йону, уже довольно вскинувшую уголки рта и добровольно прислонив друг к другу запястья, которые тут же крепко связали и затянули в добротный узел. Жадно оглядев вытянутые руки и полюбовавшись ладной фигурой, Минхо облизал нижнюю губу и, снова схватив Йону за бедра, толкнулся на всю длину.
— Какая послушная девочка… — простонал он, не отрывая взгляда от связанных запястий.
— Люблю твою власть надо мной… — ответила Йона, потершись щекой о стол, и вся отдалась процессом, выбрав в это минуту языком своей любви движения тела и вскрики.
Кто-то из котов внезапно мяукнул. Минхо в очередной раз поругал себя, что не запер дверь, однако эти пушистые и вечно голодные морды были уже не способны его отвлечь от вскрикивающей под ним Йоны, стонам которой вторили хмыканья и гортанное рычание самого Минхо. Пот заструился по телам и лицам, стало невыносимо жарко и от нагретой еще недавно плиты, и от интенсивных движений. Стол, казалось, не выдерживал, жалобно скрипя и шатаясь, но плевать, даже если он сломается. В такие моменты на всё наплевать — даже на бушующую за окном грозу. Минхо не сразу понял, как и когда это случилось, но вот уже Йона крепко сжимала его плечи пальцами, оставляя ногтями легкие царапины.
— И как ты вечно выпутываешься из этих узлов и наручников?.. Школа Хани, видимо, даром не прошла, — недовольно пробурчал Минхо, на что Йона только захихикала.
— Какая разница? Не нужно отвлекаться. Трахай меня дальше… Трахай и трахай…
И пока Минхо вколачивался в нее, Йона целовала его у основания челюсти, в шею, в плечи, а ногти царапали голую спину, оставляя бледные красные полосы и сжимая лопатки. Хотелось бы, чтобы это удовольствие никогда не заканчивалось, чтобы их движения и стоны продолжались, чтобы тела не уставали и позволяли трахаться без передышки, пока самим не надоест или пока они окончательно не свалятся с ног от усталости. Прошептав тихое «всё», Йона втянула Минхо в грязный развязный поцелуй, соединяя их языки, и подернулась, когда вдруг стало легче дышать.
— Айщ… Я тебя всю заляпал… — кое-как проговорил Минхо и вслепую дотянулся до кухонных полотенец, принявшись стирать все свои следы. — Помоемся вместе или как? Только учти, если выберешь первое — вряд ли я удержусь от искушения.
— Ох уж эти твои искушения… — Йона закусила губу и села на самый край стола. — Помоги развязать тесемки.
Минхо тут же спустил ее на пол и распустил шнуровку, после чего смял груди обеими ладонями, довольно буркнув, и чмокнул Йону в щеку. Время уже подходит к восьми, а это значит, что Хан скоро должен вернуться, и уж тогда… Они занимались сексом втроем всего пару раз, еще не приноровились как следует, но Минхо дал себе зарок, что как только они снова решатся на это, то…