Внезапно прибор, контролирующий количество оборотов турбины, издал пронзительный тревожный визг, и со всех сторон раздалось угрюмое рычание. Найл увидела, как красная полоска на измерителе расхода топлива взмыла до уровня взрыва. Девушке не оставалось ничего другого, как спешно вырубить рычаг привода главного двигателя.
Пронзительный свист и рев взбесившихся двигателей утихли одновременно. Теряя движущий импульс, машина начала падать.
— Найл?
— У нас крупные неприятности, Свитинг.
Выдра поднялась с пола. Шерсть на шее встала дыбом, глаза вращались в разные стороны. Но Свитинг знала, что в экстренных ситуациях, которые находились в компетенции Найл, ей следовало соблюдать спокойствие.
Энергетический блок аэрокара… Вероятно, произошел спонтанный сбой в его работе. Сбои такого рода бывали столь редко, что уже в течение многих лет не приходилось даже слышать о подобном случае.
Кто-то неизвестный, затаившись в дебрях плавучего леса, поразил машину из неизвестного девушке вида оружия, чтобы заставить ее сесть. Встроенные в аэрокар антигравитационные устройства должны были замедлить скорость снижения. И все же…
Найл сосредоточенно взялась за дело.
Когда она в очередной раз взглянула на альтиметр, она выяснила, что у нее в запасе примерно три минуты. Тем временем ветер нес машину над островом. Сейчас под ней была лагуна, а аэрокар уже покрыл треть расстояния до ее дальнего конца. Очевидно, момент выведения из строя двигателей был выбран не случайно. Если машина плюхнется в гущу покрывающих лагуну «кувшинок», ее экипаж, небось, будет встречать на берегу целая приемная делегация.
Найл уже облачилась в плавательный костюм облегченного типа, обеспечивающий максимальную свободу действий в прибрежных водах вблизи плавучего леса. Ласты и дыхательная маска размером с носовой платок лежали на сиденье. Найл достала их из сумки, которую бросила на заднее сиденье машины, когда покидала Станцию «Джиард». К поясу верхолаза, который охватывал ее талию, крепились различные предметы: нож в чехле, облегченный вариант универсального ружья, сандалии-«цеплялки», подсумок с определенными видами оснастки для плавучего леса. Манок для оклика выдр, с помощью которого она подзывала резвящихся вдалеке Свитинг и Спифа, был прикреплен к запястью чуть выше часов. Снятая одежда была уложена в водонепроницаемый мешок.
— Помнишь, что от тебя требуется?
— Ага-а-а! — радостно подтвердила Свитинг, топорща усы и разинув пасть во всю ширь.
Свитинг все прекрасно понимала. Им с хозяйкой предстояла встреча с какими-то нехорошими парнями. Для Свитинг такое приключение было не впервой. Она должна была не попадаться врагу на глаза и не нарываться на неприятности вплоть до получения более детальных инструкций от хозяйки.
Пока нехороших парней заметно не было. Но они однозначно должны находиться в лагуне, двигаясь к району ориентировочного приземления аэрокара. Машину кренило и шатало шквальными порывами, пока она стремительно приближалась к точке, расположенной примерно в трехстах метрах от ближайшего плавучего леса. Не совсем туда, куда хотелось бы Найл. Но и в этом случае она могла существенно улучшить свое положение.
Несколько последних мгновений она сидела спокойно, ориентировочно прикидывая силу ветра. Ее взгляд перепрыгивал между альтиметром и выбранной ею зоной посадки на дальнем участке воды. Потом, в ста метрах от поверхности, Найл повернула рычаг вниз. По обеим сторонам машины выпростались широкие лопасти полозьев.
Граничные области тайфуна были удивительно неудачным местом для планирования. Ветер в один миг опрокинул машину на бок, словно нанес свирепый удар могучим кулаком. Вслед за этим последовала затяжная серия сумасшедших кувырков. Но теперь у аэрокара появился необходимый импульс для того, чтобы Найл смогла отчасти взять под контроль управление. Для вражеских наблюдателей, прятавшихся в лагуне и плавучем лесу, это должно было выглядеть бесполезной и почти самоубийственной попыткой к бегству, — как и было задумано. Найл совсем не улыбалось, чтобы они открыли стрельбу. Дважды она чуть было не врезалась «свечой» в воду, но каждый раз, в самый последний момент, ей удавалось опять набрать высоту. Теперь самая широкая часть лагуны осталась позади, а впереди вновь замаячил участок леса. Машина пронеслась над грядой высокого морского тростника, разросшегося метров на тридцать вширь и окруженного стеной сучковатых деревьев плавучего леса.