— Сера или смола, — подсказал Ранджип.
— Ладно, — согласилась Дженис. — Но нет, на ум ничего не идёт.
— Это полный бред, — сказал Эрик.
— Возможно, — ответил Сингх. — Но…
— Он мёртв, — сказал Эрик. — Его нет. Джен пережила его смерть. Нам нужно беспокоиться о ней, а не о нём.
— Это понятно, — ответил Сингх. — И, если загробная жизнь существует, то я сомневаюсь, что символизм, взятый из христианства — или из сикхизма, без разницы — адекватно её описывает. Возможно, что миссис Фалькони просто не хватает нужного триггера, чтобы получить доступ к свежим воспоминаниям мистера Латимера.
— Да плевать на Латимера, — сказал Эрик. — Что заставило Джен пережить такое?
— Это очень хороший вопрос, — сказал Сингх, посмотрев на неё. — Что-то должно было спровоцировать у вас воспоминание о смерти мистера Латимера вскоре после того, как она произошла, миссис Фалькони. Что вы делали, когда с вами это случилось?
— Эрик показывал мне свою квартиру. Это всего в паре кварталов отсюда.
Сингх задумался.
— Там не было — ну, я не знаю — охотничьего ружья на стене, или размораживающегося в раковине бифштекса?
— Нет, — ответила Джен. — Я просто восхищалась его мебелью.
— Это вряд ли могло бы стать триггером, — признал Сингх. — Кстати, через какое время после смерти Латимера к вам пришло воспоминание о ней?
— Джен потеряла сознание в 12:17, — сказал Эрик. Сингх удивлённо на него посмотрел. — Я доктор, — объяснил Эрик. — Я всегда отмечаю, когда случился припадок или что-то подобное и сколько от длился.
— Агент Доусон, — сказал Сингх, — когда вы… когда вы стреляли в мистера Латимера?
Сьюзан снова подняла голову.
— Я не знаю, — тихо ответила она. — Вскоре после полудня, но…
— Больничная охрана должна знать, — сказал Сингх. — Они должны были записать время, когда услышали выстрел; его было слышно даже здесь у меня. — Он взял телефонную трубку и набрал четырёхзначный номер. — Это Ранджип Сингх. Мне нужно знать, в котором часу был произведён недавний выстрел. Да. Нет. Правда? Вы уверены? Абсолютно уверены? Спасибо. До свидания. — Он положил трубку. — Выстрел был произведён в 12:17.
— Но воспоминания приходят только после самого факта, — сказал Эрик. — Именно это и называется вспомнить.
— Это не было похоже на другие воспоминания Джоша, что я от него получала, — сказала Джен. — Это казалось более реальным, более…
— Непосредственным? — подсказал Сингх.
Джен кивнула.
— То есть вы получали доступ к воспоминаниям мистера Латимера не после того, как они сформировались, — сказал Сингх, — а в реальном времени, в момент, когда событие происходило. — Он взглянул на Сьюзан и немного понизил голос. — Ваш припадок, как назвал это доктор Редекоп, начался в момент выстрела?
— Да, — сказала Джен, — хотя тогда я не знала, что это. Была вспышка света и невероятная боль, и я увидела её, — она указала на Сьюзна, — и после этого всё начало как будто меркнуть.
— Потрясающе, — сказал Сингх. Его глаза округлились от волнения. — Потрясающе.
— Почему? — спросила Джен.
— До сего момента люди из нашего сцепленного круга получали доступ к воспоминаниям других вразброс, несинхронно. То, что я в данный момент думаю, никак не было связано с тем, какие мои воспоминания вспоминает агент Доусон. Но то, что случилось с вами, было по-другому. Начиная с момента выстрела в мистера Латимера вы чувствовали в точности то же самое, что чувствовал он. — Сингх медленно покачал головой; его голос был полон изумления. — Вы не просто читали его память, миссис Фалькони. Вы читали его мысли.
Глава 36
Сьюзан Доусон продолжала сидеть в лаборатории Сингха, обхватив голову руками. То, что она сделала всё правильно, было неважно; она не могла прогнать этот образ — её собственное воспоминание — из головы: пуля, ударяющая в голову Джоша Латимера, фонтан крови, и его тело, падающее на пол.
Она, разумеется, изучала во время учёбы фильм Запрудера — включая кадры, которые обычно не показывают, с развороченной пулей головой Кеннеди. Она помнила слова инструктора в «Роули» о том, что Кеннеди, по большому счёту, убило невезение. Первый, не смертельный выстрел Освальда должен был толкнуть Кеннеди вперёд, с линии огня засевшего в книгохранилище Освальда, однако спинной корсет, который был на нём надет, удержал Кеннеди в вертикальном положении, позволив Освальду сделать второй, смертельный выстрел.