На индикаторе лифта вспыхнул красный огонек: «Стоп». В приемной послышался звук разъезжающихся дверей. Чьи-то шаги гулко отдавались в пустом коридоре. Сердце Директора вошло с ними в резонанс, словно эхо. «Я не умею волноваться. С чего вдруг такое сердцебиение?»
Ухо чутко прислушивалось к движению за дверью. Вот визитер подошел к двери и взялся за ручку. Раздался уверенный стук, предупреждающий о госте. Наконец, дверь начала медленно открываться. Или Директору показалось, что все происходит в замедленном режиме.
– Добрый день. Могу я войти? – раздался механический голос.
Руки взметнулись вверх, жесты складывались быстро и легко. Губы автоматически воспроизводили артикуляцию. Портативный суфлер, висевший на шее гостьи, продолжал равнодушно выдавать фразы.
– Я просила Вашей аудиенции. У меня есть важная информация, которая способна помочь городу. Но мне нужно, чтобы сначала Вы выслушали меня спокойно, без вопросов и возражений.
Голова Директора была занята анализом увиденного. Мысли впервые за долгое время метались хаотично, словно потеряли опору, выпали из привычного, вялотекущего потока и пытались оценить проблему, явившуюся в лице этой немой девушки.
Наконец, решив, что терять уже нечего, Директор появился перед гостьей, выйдя из-за голографического экрана.
Брови девушки поползли вверх от удивления. Она вскинула руки и замельтешила ими так быстро, что суфлер захлебнулся на первом же жесте и хрюкнув, замолк. Гостья растерянно постучала по нему пальцем, потом беспомощно подняла глаза на Директора.
Ситуация забавляла. Губы Директора расплылись в улыбке.
– Говори мысленно. Я услышу, – давно в этом кабинете не звучали человеческие слова. Их звук напомнил о бренности всего на этой планете, кроме того, кого называли Директором.
Девушка спокойно кивнула и прижала руки к груди в знак благодарности.
– Приветствую Вас, Директор. Меня зовут Кора. Я посланник пустыни, несущий надежду на жизнь жителям Триглы. Судя по тому, что я вижу, Вы поймете меня.
Посланник
– Кошмар! – трусливый голосок всхлипывал от отчаяния. – Надо же было ввязаться в такую историю.
– Что такого? – самоуверенность по-прежнему излучала оптимизм. – Представляешь, как это любопытно. Мы будем первыми, кто увидит самого Директора. Круто же!
– А ты не думаешь, что не зря люди не поднимались на верхний этаж? – трус внутри нее не сдавался. – Едем не знамо куда. В прошлый раз все с лифта началось.
Она привыкла к своим мнимым собеседникам и их спорам, но сейчас эта болтовня немного раздражала. Кора переживала: так много поставлено на карту.
Неизвестно, кто встретит ее там. Тайный руководитель города, никогда не спускающийся вниз. Директор единственной компании, отдающий указания лишь в письменной форме. Почему так случилось? Кто скрывается за дверью таинственного кабинета?
Лифт отсчитывал этажи. Сердце бешено колотилось. Зачем она согласилась?
Кора вспомнила печальные глаза Соланы: ей не хотелось отпускать сестру. Лиму тоже чуть не расплакалась. Хорошо, сдержанный в эмоциях Молдак не дал девчонкам повиснуть у нее на руках. Отличный парень! Немного самоуверен, возможно. Но разве лидер не должен быть таким? Трайб в надежных руках.
Лифт остановился, двери, тренькнув, разъехались. Кора с замиранием сердца вошла в пустую приемную. Раньше – по рассказам бабули – здесь сидел настоящий секретарь, потом его заменили роботизированным помощником. Однако сейчас комната пустовала. Шаги гулко отскакивали от стен, заставляя внутреннего труса пищать на все лады о бренности его существования.
Наконец она дошла до директорского кабинета и постучала. Не расслышав ответа, Кора сделала глубокий вдох, словно перед погружением, и открыла дверь.
Сперва показалось: здесь тоже пусто. Потом она увидела голографический экран, едва мерцающий в полумраке кабинета. Директор стоял за ним, посетители могли видеть лишь его силуэт.
Кора замерла от неожиданности, но опомнившись, быстро начала складывать из пальцев сурдослова. Краем уха слушая суфлера, она сперва удивилась, ей не приходилось раньше пользоваться такой штуковиной. Но потом, оценив полезность аппарата, Кора чуть снизила скорость рук, чтобы переводчик успевал преобразовывать жесты в речь.
Директор молча выслушал приветствия. Кора переживала, что время аудиенции скоро закончится, а она так и не успела вызвать собеседника на откровенный разговор. Что делать? Когда отчаяние достигло апогея, экран дрогнул и погас. Послышалась тяжелая поступь. Появление Директора ошеломило ее так, что руки замельтешили с бешеной скоростью. Глупый суфлер все же захлебнулся и замолк.