Часто это не подчинялось моей сознательной воле.
Когда Грегор осмелился слишком близко подобраться к Териану в Барьере, я так сильно шарахнул его в том пространстве, что у него из носа пошла кровь.
Териану это тоже понравилось.
Глава 12. Так никогда и не было
Отель Фейрмонт
Ноб Хилл
Сан-Франциско, Калифорния
6 июня 1962 года
— Так каково это было? — она поцеловала его слегка вспотевшую грудь, бормоча и поднимаясь выше по его обнажённому телу, обводя языком сосок, целуя впадинку на его горле, пальцами водя по мышцам его задницы и бедра. — Тебе было хорошо? — пробормотала она, целуя его шею. — Так, как тебе нравится?
Он глянул на неё, одаривая полуулыбкой.
Его чёрные волосы слегка липли к вспотевшей шее и дыбом стояли на голове. Его кожа раскраснелась от секса, но она узнавала тёмный взгляд в глазах.
Он ещё не закончил.
Это осознание вызвало волнительный жар, жёсткий импульс боли разделения.
— Хочешь ещё один раунд? — проурчала она.
Он ответил тут же, без капли колебаний.
— Да.
Потянувшись к ней, он схватил её за задницу, сжимая железной хваткой и дёргая её обнажённое тело к себе. Сочетание этих пальцев и выражения в его хрустальных радужках заставило её боль разделения резко обостриться.
Прежде чем она перехватила контроль, он приподнялся и поцеловал её в полные губы.
Мгновение спустя он разомкнул их своим языком, вкладывая свой свет в поцелуй, в пальцы, крепче сжимавшие её, в свой рот, продолжая упиваться ею и углублять поцелуй.
Когда они наконец-то оторвались друг от друга через несколько секунд… или минут, она честно не знала… она испытывала головокружение, почти пьянея от его света и прикосновений. Он притягивал её своим светом, вплетая завитки его aleimi в её живот и бёдра, и она издала тихий удовлетворённый стон.
— Что насчёт тебя? — пробормотал он, целуя уголки её губ. — Ещё?
Она силилась перевести дыхание, ощущая очередную дрожь боли разделения, почти пьянящий прилив жара и чувствуя, как пульсирует его желание.
Она никогда не встречала никого, кто умел целоваться так, как он.
Дигойз превращал поцелуи в искусство.
И gaos… он реально любил женские тела.
Он получал удовольствие, просто глядя на них, на их отличия от его собственного тела. Она видела, как прямо сейчас его глаза не отрываются от её грудей и живота, и один лишь взгляд усиливает прилив жара к её коже. Он обращался с её женским телом настолько иначе, чем с мужскими.
Она подумала об этом слишком громко.
Увидев, как он слегка нахмурился, она попыталась сгладить всё улыбкой, потираясь о него бёдрами и вжимаясь грудями в его грудь.
— Можно в этот раз я буду сверху? — спросила она, надув губы.
Но он уставился на неё.
Его тонкие губы поджались, глаза из потрескавшегося хрусталя постепенно ожесточались, пока он изучал её лицо.
Затем она ощутила его свет в своём, и он уже не искал способов возбудить её или узнать, как она хочет быть оттраханной. Теперь он сканировал её как разведчик, опознавая её как обыденную мишень, подосланную, чтобы одурачить его.
Она всё ещё смотрела на это жёсткое угловатое лицо, когда его узкие губы изогнулись в гневной гримасе. Прежде чем она успела переварить выражение его лица или прочесть, что за ним скрывалось, он грубо столкнул её с себя обеими руками.
При этом он перекатился на бок, двигаясь как в драке, будто готовился перейти к схватке.
Он вскочил на ноги ещё до того, как она успела моргнуть.
— Gaos d’ jurekil’a! — зарычал он, показывая на неё. — Ridvak jurekil’a mak rik’ali!
Она подняла ладонь.
— Реви’, успокойся…
Он выматерился ещё громче, уставившись на неё с неверием в глазах.
— Терри! Ты больной психопат, кусок дерьма, засранец…
— Успокойся! Это была просто небольшая шутка! Неужели ты скажешь мне, что все было так ужасно? Трахнуть это тело? — она показала на свою большую грудь, узкую талию, длинные стройные ноги. — Или получить минет от того, кто так хорошо тебя знает…?
— Ты выжил из своего бл*дского ума! — рявкнул он.
Яростно схватив свои брюки с пола гостиничного номера, он просунул в них одну ногу, затем вторую, всё ещё глядя на неё, растянувшуюся на боку и демонстрировавшую большие груди, подпирая ладонью голову и подбородок.
— Ты в конец е*анулся, Терри! — прорычал он. — Совсем уже рехнулся!
Териан расхохоталась. Она ничего не могла с собой поделать.