С тех пор как Джон Африка вышел из кабинета и закрыл за собой дверь, Гриссела волновала версия, выдвинутая Вуси. А если Рейчел Андерсон — не «лошадка»?
Геннадий Демидов пользуется дурной славой. На его счету много грязных делишек. Ходят слухи, что он подкупил многих членов городского совета. Есть у него свои люди и в полиции — как говорят, «прикормленные». Совсем недавно в суде разбиралось дело о хулиганском нападении. Людей, не пожелавших продать свои дома Демидову, избили бейсбольными битами. Причем по документам эту недвижимость собирался выкупить городской совет; на том месте собираются построить стадион для проведения чемпионата мира по футболу. Но материалы дела исчезли из полицейского участка в Си-Пойнте, а свидетели отказались давать показания.
Полгода назад с большой помпой была проведена чистка в отделе по борьбе с организованной преступностью. Туда назначили нового начальника, новых детективов. Восновном новеньких перевели из провинций Гаутенг и Квазулу-Наталь. Но полгода — большой срок. А денег у русских много.
Да уж, начальству его версия добавит хлопот.
Гриссел вздохнул, поднял трубку и услышал гудок.
Он представится: «Говорит капитан Бенни Гриссел».
Хоть какое-то удовлетворение.
24
У компьютера в крохотной «конторе» ресторана Карлуччи стояли Вуси Ндабени, Мбали Калени и молодой человек в фартуке. Они ждали, пока откроется электронная почта.
— У вас разве нет ADSL? — возмущенно спросила Калени, как будто обвиняла персонал ресторана в каком-то страшном преступлении.
— Она нам не нужна, — ответил молодой человек.
Вуси не знал, что такое ADSL, но не собирался признаваться Мбали в своем невежестве. К счастью, Мбали кто-то позвонил на мобильный.
— Да, — отрывисто и раздраженно бросила она. Потом долго молчала. — Не кладите трубку! — Она сняла с плеча большую черную сумку, сунула руку в ее недра и извлекла оттуда черный блокнот и ручку. Торжественно раскрыла, выложила блокнот на стол, щелкнула ручкой и сказала: — Ладно. Выкладывайте! — И, после короткой паузы: — Я хочу сказать, говорите!
Что-то записала, сказала: «Я поняла» — и отключилась.
— Вуси, я еду в Парклэндс. Они нашли машину.
— «Лендровер»?
— Да. Ее владелец — некий Дж. М. Деклерк, который проживает по адресу: Парклэндс, жилой комплекс «Атлантик-Бриз», дом номер двадцать четыре. В сентябре этого года он зарегистрировал на свое имя «лендровер-дефендер» с номерными знаками СА 416 7889. Деклерк родился в 1985 году. Молодой парень.
— Фамилия не русская, — разочарованно протянул Вуси.
— Должно быть, у него богатый папаша, — заметил молодой человек в фартуке, ловко стуча по клавишам. — Такой «лендровер» стоит триста тысяч.
— Где он работает? — с надеждой спросил Вуси.
— По тому же адресу. Он работает дома.
Гриссел слушал гудки. Звук был кристально чистым; интересно, который сейчас час в городке Уэст-Лафейетт, штат Индиана?
— Андерсон, — произнес мужской голос на противоположном конце линии.
— Мистер Андерсон, меня зовут Бенни Гриссел. — Гриссел надеялся, что Андерсон не обратит внимания на его акцент. Ему захотелось привычно продолжить: «Меня зовут Бенни Гриссел, и я алкоголик», но он вовремя прикусил язык. — Я капитан Южно-Африканской полицейской службы. Я веду дело об исчезновении вашей дочери. Во-первых, примите мое сочувствие, а во-вторых, позвольте заверить: мы делаем все возможное, чтобы найти Рейчел.
— Во-первых, капитан, спасибо, что выкроили время позвонить. Есть ли новости? — Андерсон говорил вежливо; из-за его американского произношения Грисселу казалось, что все происходящее какое-то ненастоящее, словно в телесериале.
— Сейчас полицейский вертолет совершает облет района, где ее видели в последний раз. Кроме того, больше десяти патрульных машин объезжают улицы. Нам обещали подкрепление. Пока определить ее местонахождение не удается.
Андерсон долго молчал; Бенни слышал только потрескивание помех в трубке.
— Капитан, поймите меня правильно… По телефону Рейчел сказала, что не может обратиться в полицию… Я очень волнуюсь. Вам известно, почему она так сказала?
Гриссел глубоко вздохнул. Андерсон задал именно тот вопрос, которого он боялся.
— Мистер Андерсон, мы думаем о… словах Рейчел. — Нет, не то он говорит и не так! — Их можно истолковать по-разному, и мы прорабатываем все возможные версии. — Гриссел понимал, что взволнованному отцу этого мало. — Хочу сказать вам, у меня тоже есть дочь, и она ровесница вашей Рейчел. Сейчас моя дочь в Лондоне. Мистер Андерсон, я понимаю, что вы сейчас чувствуете. Знаю, как вам… тяжело. Ведь дети — все, что у нас есть.