— Это для заплётки. На горловину верши сто тридцать прутиков надо, и на тело столько же. Не хватит у меня, так что сейчас только начнём, а ты потом иди в лес и заготавливай. Тут штук пятьдесят. Так что двести пятьдесят штук нужно примерно, часть сломается. Умеешь до двухсот пятидесяти считать?
— Умею.
Не, так-то высшее образование, уж просто до двухсот пятидесяти досчитает. Но уже сказав, Константин Иванович мысленно себе леща засветил. А ведь деревенский пацан в тринадцатом или четырнадцатом веке вполне мог и не уметь. Зачем ему такое умение?
— Садись рядом и смотри. Потом сам повторишь.
Уже минуте на пятой Коська заскучал. Попробовать ему поп пока не давал, сам вязал. Принцип был понятен. Обруч из толстой ивовой ветки и вокруг него обвиваются этими заточенные местами прутики.
— А как дальше, как конус получить? — поторопил батюшку пацан.
— Конус? Ты греческий разумеешь? Откель?
Штирлиц… Ну, понятно.
— Дед так воронку называл. Он немного греческий знал, — даже не задумываясь ляпнул Касьян, пойди теперь проверь. Дед уже три с лишним года в земле.
— Да отец Прокопий был очень знающий пастырь, царствие ему небесное. У вас книг от него не осталось?
А ведь Касьян и не знал ничего о том, что от деда осталось. Как-то не было ни разу разговоров в семье об этом или они просто пацану были неинтересны, и он их не запомнил.
— Не знаю, но если и было что, то сгорело теперь. Так как батюшка конус получить.
— Просто сие, Касьян, нужно по кругу время от времени подрезать один из прутиков. Количество прутиков сокращается и получается твой конус. Вот так, смотри.
Событие тринадцатое
Первая морда у Касьяна получилась комом. Он её сплёл, и ходил вокруг, сияя, как начищенный пятак. Конечно, чуть кривовата, ладно серьёзно кривовата, конечно, не круглая, а какой-то тор овально конусообразный, но ведь сам сделал. Радость кончилась, когда парень эту мору решил уже нести к озеру. Поднял, а она перегнулась и потом схлопнулась и в блин превратилась. Не дурак же, сразу понял… Как в этой плоской шутке, дурак бы не понял. Нужно было обручи из толстых веток не только в основание вставить, а ещё и по ходу пару штук внутрь сунуть и верёвками привязать. Жёсткости не хватило.
Пришлось разобрать. А ещё в одном месте морда расплелась. Тоже понятно, нужно эти зачищенные хвостики делать длиннее и нужны плоскогубцы, чтобы их затягивать.
— Плоскогубцы? — дядька Александр, который кузнец, озадаченно ухо как собака или кошка пошкрябал, — Не разумею, чегось это?
— Щипцы маленькие, тянуть, — Коська показал, как тянет плоскогубцами конец прутика, чтобы затянуть перехлёст. Пантомим, но кузнец понял, нечёсаной башкой кивнул.
И ведь оказалось, что есть такие у кузнеца. Он их по заказу в город делал пару лет назад. Золотых дел мастер ему заказал, когда дядька в город на ярмарку всякий инструмент на продажу привёз. Но когда кузнец привёз заказанный богатеем инструмент, то оказалось, что тот переехал в Вильно уже. Так щипцы эти маленькие и остались невостребованы.
С помощью щипцов и двух дополнительных обручей вторая верша получилась гораздо прочнее. Касьян её даже на прочность испытал, два раза уронив с высоты примерно в полтора метра. Ничего, нормально всё, в одном месте лопнула затяжка и её дополнительно мастер-ломастер верёвкой перетянул.
С этой громадиной на плече… на голове, в руках, в зубах Коська рано утром приперся к озеру. Забросил внутрь немного распаренного гороха, земли с опарышами смешанной, овса и как всегда, стараясь не шуметь опустил приспособу в омут.
Шесть дней ушло у пацана на «строительство» первой морды, её разборке и изготовление второй улучшенной. Не целыми днями с утра до вечера занимался, можно даже сказать, что в перерывах между гораздо более важными занятиями. До реки раз сто добежать с пустыми вёдрами нужно, потом с полными в горку назад. Потом полить все гряды, что успели они с матерью посадить. Но это с обеда, а утром поход к омуту с удочками и потом обход всех практически дворов в деревне по поводу бартера выловленной рыбы на яйца или сало. С каждым днём получалось всё хуже и рыбы стало меньше попадаться, и она стала меньше, таких пятикилограммовых линей больше не клевало даже, не то, что удавалось вытащить на берег. Пару раз его леска рвалась и вечером приходилось опять в запас плести, хвост Орлика при этом с такой скоростью отрастать отказывался. Совсем куцым стал. И последнюю леску — косичку Коська плёл очень тщательно и узлов на ней навязал прилично. Хорошо ещё, что кузнец теперь как бы свой, он хоть и бурчал, но выдал парню два новых крючка. Не бесплатно, естественно, изъял улов за день полностью.