— Кха, кха! — неожиданно даже для себя решил кашлянуть Коська. Громко кашлянул, чтобы до землянки кашель долетел. Зачем. А пусть человек выйдет злой из землянки, а не насторожённый с оружием, — Кха, кха.
— Лука⁉ — голос злым и стал. А в двери показалась голова.
Там ведь сруб метра полтора в высоту. Шесть венцов сантиметров по двадцать пять — тридцать. И ступени уходят вниз. Коська стоя видел три ступени, но судя по тому, что в двери только голову видно этих ступеней больше. Голова стала подниматься.
— Пора! — парень в эту голову с небольшим упреждением выстрелил.
Напрасно, наверное, а ну как из слабого арбалета, который он выбрал, болт ежели в лоб попадёт, то кость не пробьёт. Вот будет обидно.
Оказалось, что зря. Зря волновался парень. Стрела не стала испытывать лобную кость на прочность, забоялась, пролетела выше. Сам дурак, потому что. Упреждение взял. Голова должна была вверх ещё на одну ступеньку подняться, а она не поднялась, хозяин этой головы, чего-то там замешкался со следующим шагом, и стрела прожужжала над головой и та, заподозрив неладное, мгновенно скрылась.
Не, не патовая ситуация, хоть Касьян себе идиотом несколько раз и обозвал, мог спокойно ещё несколько секунд подождать и бить наверняка. И вообще зачем ему голова понадобилась, там под головой живот и он не должен быть прикрыт кольчугой. Никто в землянке в кольчуге не сидит. Зачем это? Дебил, в общем, конченный. Ну, опыта маловато. То ли двенадцать, то ли тринадцать разбойников всего убил.
Парень быстро поднялся на ноги и уже не срываясь, почти спокойно в третий раз зарядил арбалет, вынул из тубуса стрелу и брякнул её в прорезь. И сразу назад за… перебежал к той ёлке, с которой пичужка взлетела и за ней разместился. Она на два метра ближе к землянке и нижние ветки у неё обломаны, видимо на растопку брали, но теперь это Коське на руку, он может за стволом спокойно разместиться. Ель огромная руками не обхватишь. Минус у позиции был. Теперь между ним и дверью располагался костёр и вертел с подгорающим поросёнком.
Событие шестьдесят девятое
Нам нет преград ни в море, ни на суше,
Нам не страшны не льды, ни облака.
Дунаевский, «Марш Энтузиастов».
Напевая себе под нос припев, старенькой песни, Коська ждал. Там шумели в землянке. Можно не ходить к семи гадалкам, чем и зачем там шумели. Голова с телом, которым болта не досталось, вооружается и в кольчугу одевается. Ещё ведь и шелом голова наденет, и щит возьмёт тело. Всё, попробуй теперь с этой железной вооружённой штуковиной с одним слабосильным арбалетом повоевать. Дебил, в общем, конченый.
А Касьян и не думал уходить. Он одну интересную теорему сейчас решил. Не Архимеда и не Ферма. Просто, когда на повара смотрел, то думал, а сколько там ворогов осталось? Судя по размерам поросёнка, там не больше трёх — четырёх человек. Много на него одного. Но это когда было. Теперь он эту теорему решил. Голосов из землянки не доносилось, никто команды не раздавал направо и налево. Получалось, что там всего один человек. Может остальные в походе… в деле… м… на задании. Грабят, в общем. Но может этот тать, что там возится, с сиплым голосом, и есть Федька-Зверь, и он последний. Тогда в банде всего тринадцать человек, а не две дюжины, как народ бает. Хотя может и больше было, но благодаря его геноциду просто разбежались частично. Смертность внезапно в банде увеличилась. Кому охота умирать⁈ Вопрос риторический.
Кем бы не был этот атаман, он в полной броне со щитом в лесу пацана не догонит. Тут народ вообще бегом не занимается, но Коську всё село теперь, как на юродивого смотрит. Видели уже все, как он отжимается или подтягивается, как всюду бегом перемещается, не добавило сомнений в том, что он с ума сверзился и его поход за лепёхами коровьими, а когда он из леса стал трутовики корзинками носить, то народ полностью убедился, что падение со второго этажа головой о камень в этой голове что-то порушило. Ну, хотя, чем там мозг в голове занимается не скоро поймут, сейчас просто не задумываются, а чуть позже придут к мысли, что мозг в голове затем богом определён, чтобы сопли вырабатывать. А вот интересно, когда тогда появилось выражение головой скорбный?
Из двери показался щит. Коська именно к такому появлению ворога и готовился, даже не сомневался, что этот Федька, если это он, прикроется щитом, собака. Парень даже решил подшутить над разбойником. Под елью валялся камень. Точнее полно камней. Так-то в лесу их не так чтобы насыпано, в основном по берегу реки встречаются, а сюда их кто-то и зачем-то принёс и под елью сложил. Камни были удобный — галька окатанная. Возможно, для пращи набирали. Ну, да не важно, расстояние всего метров шестнадцать — семнадцать до двери, и Касьян этот камень легко докинул. Тот брякнулся о щит, и шелом со щитом, уже показавшиеся из-за края земли, снова там в темноте исчезли.