— Тринадцатый ребенок. — Маша подошла к Олегу Алексеевичу. — Может и правда они хотят жителей земли заменить на своих? Что-то я начинаю переживать.
— Не переживай, — Кукушка оторвался от изучения отчета в планшете. — С кораблем произошли изменения, там сейчас всё начальство скачет, а руководство страны на всякий случай эвакуируют в бункеры.
— Неужели решили на нас напасть?
— Не знаю, но… вот, смотри видео.
— И я хочу посмотреть! — к ним подбежал Сандерс, заглянув в планшет Кукушки через плечо.
На экране было четко видно, как корабль, после того, как отправил сферу на землю, завибрировал, вспыхнув тысячей огоньков, а потом покрылся какой-то черной пленкой, став похожим на гигантский кокон.
— Что это значит? — растерялась Маша.
— Да шут его знает, — Олег Алексеевич пожал плечами. — Раньше такого не было. Может они улетать собрались? Ну, а что, миссию выполнили, ребятенков своих высадили для наблюдения за нами. Чего им тут еще делать?
— Либо?
— Либо они готовятся к атаке. Да кто ж этих инопланетян поймет? Только время покажет.
— Но, получается, — Сандерс задумчиво теребил мочку уха, — если они решат атаковать, то наш лагерь первым окажется под ударом!
— Если они решат атаковать, то даже если бы мы находились на другом конце Земли, шансов выжить у нас бы не было. У них-то вон какие технологии, — вздохнув, Маша отошла от говоривших и стала разглядывать вновь прибывшего ребенка на экране. — До чего ж она миленькая. А глазищи какие красивые, цвета весенней листвы. Кстати, когда их всех в город повезут? Мы же не можем их тут держать вечно!
— Я слышал, что вопрос стопорится из-за военных. Они предлагают детей в специальный бункер отправить, под землю, — неодобрительно покачал головой Джейк. — Надеюсь, они проиграют, ведь все остальные, наоборот, ратуют за то, чтобы эти дети росли в среде, максимально приближенной к естественной. В прессе все новости только о том, кто из них сколько покушал да кому улыбнулся. Целое общество фанатов скандируют о том, чтобы детей поскорее вывезли с этого лагеря. Есть, конечно и сумасшедшие, типа Линды Чан…
— Что эта ненормальная репортерша наговорила в этот раз? — Маша невольно улыбнулась.
— Да как всегда, что они — посланники дьявола на земле и что их нужно сжечь, пока они не натворили бед.
— О! В прошлый раз призывала закопать их живьем. Прямо кладезь идей для палачей. Турин, небось, от нее в восторге. — Маша сделала пометку в журнале. Олег Алексеевич, отчет готов. Отправлять?
— Да, давай. И в копию встать вот эти фамилии. Мы им теперь тоже обязаны докладывать.
14 июля 2065 г. Санкт-Петербург. Закрытая территория НПКО
Маша выключила экран монитора и устало потерла глаза. Денек выдался так себе. Тринадцать довольно активных мальчиков и девочек, находящихся в центре наблюдения, скучать не давали. Радж сегодня подрался с Колей из-за игрушки и обоих пришлось вести в медицинский кабинет, обрабатывать ссадины. Юшенг и Джесика обнаружили на территории кота (бог его знает, как он пробрался сюда) и гоняли бедное животное по коридорам, радостно визжа.
Семь лет прошло с момента, когда инопланетный корабль спустил на землю первую сферу с ребенком, а такое ощущение, что все было только вчера. Интерес к судьбе инопланетных детей не угас до сих пор, и журналисты вместе с зеваками продолжали осаждать территорию центра. К сожалению, увеличилось и количество тех, кто считал детей угрозой жизни землянам. По большей части этому способствовала Линда Чан, которая периодически выступала против «взращивания демонических существ». Она обзавелась довольно внушительным количеством фанатов ее теории и несла свой бред с экранов под восторженные вопли и скандирования.
— Мария Сергеевна, — в кабинет заглянул охранник, — вы уже всё? На этаже только дежурные остались. Сейчас роботов-уборщиков будут запускать.
— Да, я уже закончила, — Маша встала из-за стола и направилась к выходу, заглянув на прощание в спальню к девочкам. Все крепко спали и лишь Лили, тринадцатая и последняя из детей с космического корабля, сидела на кровати, поджав колени к подбородку. Черные, как смоль волосы девочки были забраны в хвостик мягкой резинкой. а глаза, удивительно зеленого цвета настороженно смотрели на вошедшую.
— Что случилось, малышка? — Маша прошла в комнату и села на краешек кровати, пощупав лоб ребенка. — У тебя опять болит голова?
— Нет, — плаксиво ответила Лили. — Я боюсь.