Что произошло в следующую секунду, улы так и не поняли. И у Пикадора, и у Антона так чесались руки, что действовали они без плана и согласований, но очень эффективно. Вскоре оба преступника лежали ничком на полу, руки их были связаны за спиной кусками их же набедренных повязок. Пикадор едва сдержался, чтобы не пустить в ход серпы, отобранные у негодяев. Но как бы ни относился к нему Кобольд, он охотник, а не убийца. Пусть участь головорезов решают спики. Он помог подняться девушке, ошалело прижавшейся к стене, протянул ей оба серпа и заговорил с ней, стараясь не показывать лица. Пикадор приказал ей отнести орудия убийства сыну Ника в Хрустальный зал. Пусть женщины-спики позовут мужчин-спиков, а те пригласят мудрейших старейшин семейств большеглазого племени.
- Как зовут тебя, дитя? - спросил Пикадор.
- Сипси, - испуганно прострекотала она в ответ.
- Запомни, Сипси! - внушил ей строго охотник. - Именно тебе предстоит привести сюда своих людей и покарать преступников
Девушка с ужасом смотрела на распростёртых на полу злодеев. Один из них глухо застонал, приходя в сознание.
- Быстрее, Сипси, - настойчиво повторил Пикадор. Но та уже перевела взгляд на Антона, её огромные глаза, казалось, стали ещё больше.
- Беги, Сипси! - теряя терпение, охотник подтолкнул девушку по направлению к коридору, заслоняя собой Григорьева.
Сипси бросилась в Хрустальный зал. Пикадор не собирался объясняться со спиками. Сильнее затянув узлы на руках поверженных преступников, он оттащил их подальше друг от друга и дал Антону знак следовать за ним. Надо было осторожно и надёжно выведать, откуда войдёт невеста, чтобы составить план побега из владений Кобольда.
Как только они прошли несколько десятков метров по коридору, послышались шаги, и из-за поворота показалась процессия. Впереди большими шагами шествовал Алхимик. Пикадор сильным движением руки подтолкнул Антона к стене и вниз. Сам он быстро присел на корточки, низко склонив покрытую капюшоном голову. К счастью, Григорьев среагировал правильно и не стал противиться невежливому обращению, а молчком последовал его примеру.
Алхимик не обратил внимания на двух скорчившихся у стены охранников-спиков. Со вчерашнего дня он пребывал в наипаршивейшем расположении духа. Он упустил ценнейшего пленника. Тощий парнишка из другого мира владел уникальными знаниями. Алхимик уже убедился, что хлипкий на вид юноша без труда разжал прутья решётки, которые и сам Бессертный, обладающий недюжинной силой, не смог бы раздвинуть руками. К тому же он видел своими глазами, как мальчик-пришелец заставил свою лодку реветь диким зверем и лететь над водой. Алхимик только что общался с Кобольдом. Он просил Повелителя Пещер дать ему возможность переговорить с другим пришельцем. Кобольд ответил отказом. Один из эспов тайно поведал Алхимику, от ужаса закатывая глаза и трясясь, как желе, своим мощным телом, что молодой пришелец осмелился поднять руку на Властителя, за что будет предан мучительной казни. Однако где томится пленник, трусливый эсп пока не сообщил. За алхимиком следовали спики, несущие ящик с «Волшебными огнями».