В словах девушки была своя логика, но, услышав их, Ларионов сказал себе, что он не вернётся домой, пока не попытается спасти Антона и Пикадорию. Взглянув на Ди, он прекрасно понял, что тот тоже не собирается опускать руки. Одновременно они подумали о Мадам, которая еще не знает о судьбе своей крестницы. Когда они хором заговорили о бессмертной покровительнице Пикадории, девушка с готовностью поддержала их идею и стала торопить отправиться к крёстной. Она не верила в успех их предприятия, просто хотела избавить от лишних переживаний. Пусть их не будет на Острове, когда она уйдёт под землю. Так им будет легче. Пикадория обняла обоих юношей и пожелала им удачи. Окрылённые надеждой Ди и Женька бегом бросились к лодке, а Пикадория тихонько пошла к холму, на котором беспокойно топтались старейшины.
Когда лодка затрещала мотором, наполняя восторгом сердца мальчишек и вселяя панический ужас в души стариков, Пикадория обернулась к морю. Вот такими она и запомнит их — летящими навстречу утру. Ди поднял обе руки над головой, и девушка ответила таким же приветствием. Потом Пикадория решительно обернулась к старейшинам. Убелённые сединами мудрецы осуждающе качали головами, готовя отповедь девчонке, которая даже в этот особый день ведёт себя недостойно и не пресекает диких выходок своих друзей.
Но никто не решился первым взять слово, когда ясные и строгие глаза Пикадории взглянули на них. Старейшины опускали взгляд. Многие из них вспоминали такой же смелый взор отца девушки, который много доброго сделал для Острова и каждому приходил на помощь в трудную минуту.
- Я не горная овца и не пещерная свинья, чтобы идти под нож, не сказав ни слова в свою защиту, - так в абсолютной тишине холма начала свою речь Пикадория. - Я человек. И пусть я всего лишь песчинка перед Бессмертным Кобольдом, я заявляю о несправедливости.
Старейшины издали испуганный вздох и дружно замахали руками:
- Что ты, что ты, молчи...
Но девушка продолжала:
- Мне всего лишь 16 лет, и только через 4 года я могу стать невестой по законам Острова. Сегодня Кобольд заберёт меня, а завтра начнёт выбирать невест 14, 12 или 10 лет. И вы готовы с этим смириться?
Старейшины продолжали умолять девушку замолчать, но что они могли возразить на её упрёки?
- Мой отец, - вновь возвысила голос Пикадория, - никогда не боялся помочь соплеменникам в трудную минуту. По воле Кобольда мы осиротели. Мы с матерью испили нашу чашу горя до дна. Отдавая меня Владыке Подземного Миры, вы убиваете мою маму, - голос Пикадории сорвался, она закрыла лицо руками.
Старейшины виновато примолкли, признавая правоту девушки.
Пикадория собралась с силами и продолжала:
- Раз уж мою судьбу не изменить, я хочу, чтобы Кобольд в обмен на меня отпустил двух своих пленников — моего отца и юношу-пришельца, которого он забрал вчера. Это доброе деяние Хозяина Пещер вернёт к жизни мою мать, а в другом мире женщина прижмёт к груди своего сына. Я считаю своё требование справедливым.
Глава старейшин воскликнул:
- Дитя, горе помутило твой рассудок! Ты пытаешься ставить условия Повелителю Подземного Мира. Забудь об этом, мы не слышали твоих слов.
Старики усердно закивали головами: они не передадут Кобольду опасные речи его невесты.
В этот момент на холм начала подниматься процессия. Впереди быстрыми шагами шли Дилия и Дисия, за ними двигались юноши и девушки, составляющие эскорт невесты. По традиции избранницу Кобольда к Проходу всегда сопровождали 30 сильнейших юношей и 30 самых красивых девушек. Они готовят дары Кобольду — лучшие фрукты, цветы, угощения, вышивки и ковры ручной работы. Всё это передаётся старейшинами Повелителю Подземного Мира. Тот, в свою очередь, одаряет через старейшин девушек драгоценными камнями, а юношей кинжалами из Огненной Обители.
Пикадория обернулась к молодым людям, многие из которых искренне сочувствовали юной подруге Ди.
- Я попрошу Кобольда выпустить моего отца и юношу-пришельца, которого он забрал вчера, - объявила молодёжи девушка, вызвав ропот неудовольствия среди старейшин.
- А я, - звонко объявила Дисия, сверкнув сапфировыми очами, - отказываюсь от даров Кобольда. Пусть вместо дорогих каменьев он возвратит пленников.
- Я присоединяюсь к своей сестре, - громко и нежно промолвила Дилия, становясь рядом с Пикадорией и обнимая её за плечи. - Пусть наши дары послужат выкупом.