Тринити подошла к ней и постаралась улыбнуться.
Часть 1 Глава 5
Как ни тянула Аля время, медленно нанося тушь и долго выбирая помаду, все равно приехала к родному кафе на полчаса раньше назначенного времени. Чувствуя себя полной идиоткой, помахала рукой коллегам, которые уже успели ее заметить через витрину, и отошла к ближайшей лавочке. Садиться не стала. Нервничала.
Теплый ветерок игрался Алиными локонами. Гомон птиц почти заглушал шумящие машины. Отовсюду доносились обрывки разговоров и смех людей, окончивших свои дела и решивших отдохнуть приятным летним вечером. Но Алька этого всего не замечала. Невидящим взглядом смотрела сквозь витрину прилегающего к лавке цветочного ларька и сама себя накручивала: «С каких это пор вы, Алла Витальевна, мужчин на свидания приглашаете? Что, совсем уже безнадега?» Грустно вздохнула и посмотрела, наконец, на цветы. В палатке стояла огромная ваза с крупными ромашками, и какой-то чудак покупал их, кажется, все. Альке даже стало жаль, что их сейчас заберут. Такие красивые, нежные… Покупатель повернулся к кассе. Ой, да это же Сергей! Он как раз рассчитался и, выходя, заметил Альку. Запнулся на пороге и покраснел.
— Аля, здравствуйте. А это вот… Вам, — вид у него был такой, как будто его застали на месте преступления. Чувствовалось, что цветы парень дарит нечасто.
Алька не смогла сдержать восторженного вздоха. Глаза загорелись, губы расплылись в довольной улыбке. Потом подумала, что ей с этим букетом весь вечер таскаться, и слегка сникла. Она-то запланировала большую прогулку! На выручку пришла продавщица:
— Молодые люди, позвольте предложить, — цветочница, хитро улыбаясь, протягивала плотный конусообразный пакет с ручками. — Так будет удобнее гулять.
Серега спохватился первым:
— Да-да, спасибо огромное.
Алька расцвела в улыбке:
— А как вы угадали, что мы гулять?
— Да не по-ресторанному вы одеты, — продавщица оказалась опытной.
Аля еще шире улыбнулась, принимая пакет с цветами.
— Как ты узнал, что я ромашки люблю?
— Никак. А ты любишь?
— Люблю, — Аля зарылась носом в мягкие белые лепестки и глубоко вдохнула их естественный, слегка заметный аромат.
— Твои духи.
— Что?
— У тебя духи чуть горьковатые, цветочные. Как ландыш или, — Сергей пожал плечами, — Ромашка. Вот я и подумал.
Алька смущенно вдохнула запах цветов. Действительно, чуть горьковатый аромат. Как ее духи. Какой он, оказывается, внимательный. А она отмахивалась от шуточек коллег про «ее посетителя».
Аля с Сергеем не спеша вывернули из переулка на Тверской бульвар и пошли в сторону Елисеевского магазина. Величественное шестиколонное здание не могло не обращать на себя внимание и приковывало взгляды даже завсегдатаев Тверской. Серега, конечно, тоже притормозил — засмотрелся на шикарно оформленные витрины, через которые проглядывали роскошные интерьеры. Алька обернулась на него и вдруг поняла, что он тут еще ни разу не был.
— А давай зайдем? — потянула она его за руку.
— Зачем? Это же вроде обычный продуктовый…
— Да ты что, это же самый настоящий памятник архитектуры! А ты знаешь, что до того, как стать магазином, это был самый просто дом? Его построила себе вдова Козицкого. При Екатерине Второй. Можешь себе представить, жить в таком вот домике?
Алька, слегка вальсируя, передвигалась по залам, плавным движением руки показывая то лепнину, то фрески. Сергей легко мог представить её танцующей на каком-нибудь балу — в пышном платье, с жемчужной нитью на шее. И это было намного приятнее, чем воображать какую-то там вдову Козицкую.
— Кстати, — не замечая мечтательного взгляда своего спутника, продолжала Алька, — ее внучка, княгиня Волконская, устроила тут литературный салон. Даже Пушкин, говорят, бывал!
Сергей стоял посреди бакалейного зала, силясь представить себе Александра Сергеевича. Ну не на прилавке же он стихи читал.
— Тут, должно быть, все изменили?