— Понял. Спасибо! — Сафаров отключился от связи и крикнул сидевшему за рулём Беккеру:
— Карл, давай, жми на тормоза! Андрей говорит, что Марта одна на трассе, машина куда-то исчезла, но главное — непонятно, где мои дети.
— Да, конечно, — ответил Беккер, и в этот момент его Фольксваген неожиданно заглох…
Вернись, я всё прощу!
Взяв в прокат первый попавшийся автомобиль, на всех парах я мчалась по трассе. Сердце стучало так сильно, что я бы не удивилась, если б оно вдруг выпрыгнуло из груди, по щекам ручьём текли слёзы. Я не смотрела по сторонам и, вообще, мне ни до кого не было дела.
Единственное, чего я хотела, — догнать эту суку Кукушкину, врезать ей по морде, а потом забрать своих детей и добраться с ними до пригорода Берлина. Тётя Лена уже созвонилась со своей приятельницей, и та пообещала нас встретить. Уверена: там нас никто не отыщет. Наверняка скоро мы могли бы быть в безопасности, если бы не эта чёртова наркоманка.
Когда Кукушкина внезапно дала по газам и умчалась вместе с моими детками неизвестно куда, я в первую очередь набрала свою подругу Таню. После того, как с горем пополам я с тётей Леной уехала в Германию, Танюшка тоже решила не оставаться в Медвежьем.
Перед моей свадьбой мы с Таней впервые побывали в Москве, и так ей первопрестольная понравилась, что она без сожаления оставила родные края. К тому же незадолго до этого в Москву переехал и Танин брат Николай. Колю приняли на службу в полицию, Танюшка без проблем устроилась в больницу, а жить стала с молодыми — с братом и его новоиспечённой женой, Ниной Кукушкиной. Ведь у Нины в Москве была трёхкомнатная квартира, которую ей купил папа — глава нашего района.
Однако уже через несколько месяцев Татьяна от них почему-то съехала. У меня тогда был ужасный токсикоз, и я не вдавалась в подробности их отношений с Кукушкиной. Хотя, в принципе, и так понятно, что моей подруге с её прямолинейным характером будет непросто ужиться под одной крышей с мажоркой. Но всё оказалось гораздо хуже.
— Ты, главное, Марта, не пори горячку, — эмоционально заговорила Татьяна. — Кукушкина, конечно, стерва ещё та, но я не думаю, что ей хочется сесть в тюрьму за похищение детей. Хотя… — она на мгновение задумалась, — тюрьмы ей теперь всё равно не избежать.
— Тань, — спросила я о том, что меня больше всего гложило, — как ты думаешь, Нина моим малышам ничего плохого не сделает? У неё, вообще, с головой всё в порядке?
— Ну как сказать? — Таня замолчала.
Пауза подруги затянулась. Я почувствовала, как моё сердце падает куда-то вниз, дыхание перехватило, в глазах потемнело. Кое-как я собрала себя по частям.
— Скажи, как есть, — выдохнула я. — Только не томи душу.
— Моя бывшая сноха — наркоманка со стажем, — наконец, призналась Татьяна.
— Что?! — я расстегнула ворот блузки и начала хватать ртом воздух.
— Я так поняла, — продолжила подруга, — Нину подсадил на наркотики её бывший парень. Помнишь Олега Дикого?
— Помню, — ответила я еле слышно. — Его папаша скупил у нас в Медвежьем всё, что можно было, и что нельзя.
— Вот-вот! — подхватила Татьяна. — Картина называется: “Деньги есть — ума не надо”. Не помню, говорила я тебе или нет, Нину выгнали из медуниверситета за то, что она постоянно пропускала занятия. Потом выяснилось, что жена и мать из неё никакие. Николай подал на развод, и прикинь, — Таня сделала эффектную паузу, — папаша Кукушкиной его поддержал! А ведь они с Николаем сначала были на ножах. Но потом дети их примирили.
— Поздравляю, — мало-помалу я начала приходить в себя. — Лучше скажи, Тань, ты знаешь адрес Нины? Где мне её в Берлине искать?
— Ну не обижайся, Марта, — до подруги, наконец, дошло, что она увлеклась, описывая мне недостатки своей бывшей снохи. — Сейчас сброшу тебе все её контакты на Ватсап.
— Хорошо, — я чувствовала себя настолько разбитой, что не могла больше говорить, а Таня вдруг добавила:
— Может, тебе всё же стоит обратиться за помощью в полицию? Вдруг Кукушкина дверь тебе не откроет, или вообще повезёт детей в другую сторону? Ох, Марта-Марта, как же ты могла так влипнуть?
Вздрогнув при слове “полиция”, которое теперь у меня ассоциировалось с Сафаровым, я зло выкрикнула:
— Только не надо меня учить, ладно? Я сама разберусь с Кукушкиной! — и отключилась от связи.