От так готовился к этой встрече, столько раз представлял, как войдёт в квартиру Марты и скажет: “Здравствуйте, дети, я — ваш папа”, а сын сам признал его! Это было невероятно!
Во все глаза он смотрел на Осси, удивляясь их внешнему сходству, и одновременно одной рукой пытался нашарить в кармане пиджака носовой платок. Но тот непонятно куда делся.
— А вы на меня очень похожи, — ответил Оскар, доверчиво глядя на Сафарова.
— Да?.. — счастливый папаша поперхнулся от неожиданности, потом хрипло выговорил: А я думал, наоборот: это ты, сынок, на меня похож.
Внезапно к Эльдару подошла Одетта, постучала его своим маленьким кулачком по спине, вынула из своей хорошенькой сумочки накрахмаленный белый платочек, промокнула ему лоб. Затем подставила щёчку для поцелуя и сказала:
— А отблагодарить?
— С превеликим удовольствием! — Сафаров, в своей жизни мало общавшийся с детьми, не знал, как ему разговаривать с этими умненькими, красивыми, бойкими малышами, которые так уверенно держали себя с ним, как будто их не очень удивляло, что у них вдруг появился папа.
Он осторожно поцеловал дочку, опасаясь каким-нибудь неловким движением причинить ей боль. А она хитро посмотрела на него и громко сказала, обращаясь к брату и сестре:
— Оли, Ос, быстрее сюда, наш папочка хочет вас тоже поцеловать!
— Папа, привет! — Оскар с разбегу бросился ему на шею, а Оли посмотрела на тётю Лену, как будто спрашивая у неё разрешения, и призналась:
— Нам бабушка Лена сказала, что если мы будем хорошо себя вести, к нам приедет папа, — и, повернувшись к Марте, добавила: Мы хорошо себя вели, мамочка, потому что нам очень хотелось увидеть нашего папочку.
— Но даже если бы тётя Лена нам ничего не говорила, я бы всё равно узнал папу, — заявил Оскар и повторил: Ведь мы с папой очень похожи.
— Об этом нам ещё говорил дядя Карл, — застенчиво заметила Ода.
— Наконец, папочка, ты к нам приехал, — поглаживая Эльдара по плечу, сказала Оли.
— Повтори, пожалуйста, ещё раз, дочка, — попросил Эльдар Оли.
— Что повторить? — не поняла она.
— Слово “папочка”, — Эльдар часто-часто заморгал глазами, чтоб смахнуть с ресниц слёзы.
— Папочка, папочка! — загалдели тройняшки и кинулись одновременно на шею Сафарова.
Пока они обнимались, Марта тихо спросила у родственницы:
— Тётя Лена, я ничего не понимаю? Что это за город и где эта..?
От нахлынувших на неё чувств она забыла, как зовут умыкнувшую её детей Кукушкину.
— Это Марбург. Твоя знакомая, Марусь, видимо, решила схитрить и свернула на Марбург вместо того, чтобы ехать в Берлин.
— А как вы, тётя Лена, здесь оказались?
— Узнав про приключившуюся с тобой нехорошую историю, я сразу села за руль, — начала рассказывать родственница. — Думала, вместе нам проще будет искать деток. Но потом со мной связался господин Беккер — пекарь из Майнца, ты его знаешь, Марусь.
Марта кивнула головой, а сама украдкой поглядывала на счастливых детей, которые всё никак не могли оторваться от папы.
— Господин Беккер сообщил, — продолжила тётя Лена, — что благодаря знакомому Эльдара — русскому полицейскому, по камерам удалось отследить эту нехорошую женщину. Кстати, — всплеснула она руками, — добрейший господин Беккер несмотря на то, что у него в дороге сломалась машина, умудрился быть в курсе всех событий!
— Каким образом? — удивилась Марта.
— Он постоянно был на связи с русским полицейским, даже выслал мне момент задержания той ужасной женщины. Я как раз в это время подъезжала к Марбургу и, — голос тёти Лены дрогнул, — я узнала её. Это была, Марусь, та самая россиянка, которую показали в утренних новостях. Теперь я начала сомневаться, что она говорила правду.
Кажется, тёте Лене стало неудобно перед племянницей за то, что она позвонила ей утром и напугала почём зря. А Марта сделала свои выводы и собралась с детьми бежать из города.
— Всё в порядке, тётя Лена, — Марта обняла её за плечи. — Просто мне дико не повезло, что я напоролась на Кукушкину, а оказалось, она — наркоманка. Теперь вы понимаете, что Нина говорила неправду?
— Ты её знаешь, Марусь? — удивилась женщина.
— Так Нина родом из нашего Медвежьего, и в то лето, когда мы познакомились с Даром, она проходила стажировку в райбольнице. Со слов моей подруги Тани, её бывшей золовки, Нина подсела на наркотики ещё давно.
— То-то мне её поведение показалось странным! — воскликнула женщина и пояснила: Эту Кукушкину, будь она неладна, я увидела в тот момент, когда двое полицейских сажали её в машину. А она, высунувшись в окно кричала: “Это несправедливо! Если у меня нет детей, пусть и у неё не будет!”. Я не могла понять, о чём речь, теперь понимаю, Марусь, что она имела в виду тебя.