Ахримас тогда вдоволь повеселился, дважды успев применить Порыв Ветра Смерти, заживо сдиравший с плотоядных тварей толстую шкуру и плоть. Теперь же, он сидел у стасканных вурдалаком останков тварей и с интересом заглядывал в глаза пленника. Но к своему удивлению, не нашел там ни потрясения мрачным могуществом адептов Тьмы, ни страха, ни даже опасения... В его глазах, скорее... скользила тень холодного интереса ко всему происходящему. Смирился со смертью? Скорей всего так оно и есть.
- Эй, раб! Как ты говоришь, тебя зовут? - на мёртвом языке фраза Ахримаса звучала особенно угрожающе. - Что ты там мелешь себе под нос?! Что-за Иннаху?! Имя такое странное?
- Никак говорю! Зачем называть ничего не значащее имя своему будущему палачу? - морщась от нестерпимой вони, исходящей от убитых созданий, дерзко ответил раб.
Маг Тьмы хмыкнул, парой мысленных приказов подозвал вурдалака, позволив пленнику в мельчайших деталях рассмотреть обросшую перерождённой плотью тварь с первых страниц тёмного бестиария. Выждав, некоторое время, спросил:
- А если, - Ахримас кивнул на нежить, - он оторвёт тебе, скажем: руку?..
Будто почувствовав желание хозяина, нежить повернула голову к пленнику и с рычанием оскалила кривую клыкастую пасть.
- Тогда... вам дольше придется искать город и храм.
- Верно, но какое удовольствие я получу от зрелища, когда Призванный будет рвать тебя на части! - угрожающе прошипел мракопоклонник.
Артур делано улыбнулся.
- Потерпи уже до места назначения, а то никак твой "любимый" командир будет вновь не доволен, - давно почувствовавший напряжение между магами Тьмы пленник, кивнул на идущего к ним мрачной тенью полного человека.
Ллерик Тошш подошёл к пленнику. Делано не обращая на Ахримаса и его подручного никакого внимания, спросил:
- Долго нам ещё по пустошам топтаться? Ты говорил, что скоро мы выйдем на какой-то древний тракт...
- Так оно и есть, вот только там сейчас лесной мерзости столько, что всего вашего могущества окажется маловато, уж я-то знаю...
Старший некромант остро взглянул на пленника, посмевшего усомниться в его личном мастерстве и мощи собранной группы, но перечить не стал, ярко вспомнив кишащее марево в долине, во время полета на планерах. Руки, конечно, чесались разбушеваться на-полную, всё ещё сказывался после боевой раж от недавнего боя, но такими темпами, он скорее угробит всю операцию - все легионы мерзости не уничтожить...
- Тогда веди рядом с этим трактом, да путями покороче. Если приведешь к месту в самый краткий срок, то я тебя пощажу. Правда, дальше тебе придется выживать вновь самому, - окончил общение Ллерик и отошел.
По всему виду Артура, было видно, что он задумался над его словами, но доверять служителям истинного Мрака как-то не внушало ему перспектив.
- Хоть на тебе и присутствует Проклятый Знак, но пытать тебя и смертельно ранить никто не запретил! - довольно намекнул Ахримас, на что пленник только многозначительно понимающе хмыкнул.
Ахримасу в этот момент остро захотелось выплеснуть на кого-нибудь всё накопившееся внутри многодневное напряжение и будто само мироздание вняло его желанию, правда, не совсем так, как он себе представлял...
Первым забил тревогу один из труповодов, схватившийся за голову от неожиданной боли, явно пришедшей по ментальному каналу от патрулировавшей окрестности нежити. Мгновением позже, где-то недалеко раздался глухой взрыв. Всполошились все, активируя личную защиту и охранные амулеты, повскакивали на ноги. Тошш вскрикнул;
- Даван, что там?
- Никак не пойму, старший... Призванного паука приложили чем-то особенным, да так, что я даже почуять не успел ничего! А ещё голова раскалывается, будто внутри кто-то копошился...
- Идиот! Быстро уносим ноги!
Как только Тошш договорил, все колдуны почувствовали какое-то незримое напряжение над головой. Спустя миг, все кто осознал происходящее - спешно укрепили щиты, попрыгав в разные стороны - кто куда успел.
В паре десятков саженей над головой удивлённого Давана, вдруг резко сгустилось голубое облако. Это было последнее, что он увидел в своей жизни: из центра сгустившейся энергии, с грохотом ударила толстая, толщиной со ствол старого древа ослепительная голубая молния. Округу ослепил бело-голубой свет. В воздухе запахло свежестью, быстро сменившийся запахом палёного мяса. Спустя мгновение, от Давана остался лишь опалённый, обугленный остов, едва напоминающий человеческий. Не помог ни личный амулет, ни кем-то в спешке выставленный над напарником лёгкий щит Тьмы.