– Ну и ладно, я сам готов найти подходящее здание. Хоть прямо сегодня.
– А не слишком ли круто? – возмутился Саркис. – Ты уже два дня подряд бегаешь, не пора ли отдохнуть?
– Мне не привыкать, в армии и не так вкалывать приходилось.
– Фига, – присвистнул Сергей, – а где служил то?
– Погодь, – перебил его Саркис, – ты доказать-то пытаешься чего? Это все вполне может еще подождать, неужели…
– А ты разве не понимаешь, что не может? – Руслан встал с места, – мы не можем вечно голодать и недоедать!
– Да ладно, потерпеть то можно…
– И долго собрался терпеть? Через месяц такого рациона мы сляжем от гастрита, а потом и язва не за горами. – Руслан указал на практически опустевшую миску сухарей. – А о женщинах, детях ты подумал?
Саркис, не найдя что ответить, опустил взгляд и уставился в чашку. В коридоре открылась дверь, и на кухню вошла Елизавета, сразу же взяв горсть сухариков.
– А ведь он дело говорит, – сказала она, жуя, – если у кого-нибудь откроется язва, то вряд ли я смогу что-то сделать.
– Тогда пойду, поговорю с Виолеттой, – Саркис, допив залпом чай, вышел из-за стола и направился к ней в кабинет.
Елизавета зачерпнула еще несколько горстей сухариков, опустошив тарелку, и, запив водой, направилась обратно в медпункт. Сергей, сказав, что ему надо смазать винтовку, так же удалился, даже не допив чай, оставив Руслана в одиночестве.
Игорь сидел на первом этаже у бочки с костром и завтракал в компании Мецгера и Ларисы. На завтрак был консервированный суп, который состоял из капусты, картофеля, моркови и прочих овощей. Мецгер возмущался по поводу того, что ему приходится есть суп на завтрак, а Лариса не соглашалась с ним, говоря, что суп вполне себе приличный на вкус. Мамули и еще несколько человек до сих пор спали, Максим же дежурил на крыше. В помещение вошел Горан и, разминая шею, направился к доедающим свой суп Игорю и Мецгеру.
– Слушайте, мужики, помогите заправить грузовики, – обратился к ним Горан, – Босс хотел выдвинуться до вечера, так что нужно подготовиться сейчас.
Мецгер лишь пожал плечами и, кивнув, отставил недоеденный суп на пол.
– Не вопрос, – ответил Игорь, быстро прикончив оставшийся суп и, швырнув пустую банку в угол, направился вслед за Мецгером и Гораном на улицу.
Несмотря на то, что на улице ярко светило солнце, а легкий ветерок придавал свежести, всю приятную картину портил отвратительный запах гниющих трупов зараженных, разложенных вокруг здания. Даже Игорь, давно уже привыкший к подобному, не переставал морщиться, едва ощутив эту вонь. Горан же, не обращая на нее никакого внимания, быстро направился к грузовику, стоящему ближе всех к ним. Броневик находился чуть дальше, а следом за ним виднелся мотоцикл Горана. Дойдя до техники, Мецгер помахал рукой Максиму, когда тот с крыши заметил их. Махнув им в ответ, он подал знак рукой, что собирается осмотреть улицу с другой стороны здания и, получив одобрительный ответ, скрылся из виду.
– Так, сейчас спущу канистру, – сказал Игорь, залезая в кузов грузовика, – пусть кто-нибудь поможет мне подтащить бочку и слить топливо.
– Хорошо, я с тобой, – Мецгер полез за ним следом.
Через некоторое время Игорь передал Горану пустую красную канистру, а потом вдвоем с Мецгером, матюгаясь, принялись подтаскивать бочку с топливом к краю.
– Может, вам помочь? – поинтересовался байкер, но Игорь только отмахнулся.
Через несколько минут с кряхтениями им все же удалось подтащить тяжеленую бочку к краю кузова.
– А у нас точно нет никакого шланга? – спросил Горан, пододвигая канистру поближе.
– Думаешь, если бы был, стал бы я так мудохаться? – ответил Игорь, свинчивая крышку с бочки.
Слегка наклонив бочку, они стали потихоньку заливать топливо в канистру. Не рассчитав силу, сначала они наклонили ее слишком сильно, из-за чего часть дизеля расплескалась, однако им все же удалось выдерживать небольшой наклон, чтобы горючее заливалось тонкой струей аккуратно в канистру. Задумавшись о том, сколько они прошли, сколько всего пережили, и что им еще предстояло впереди, Игорь отвел взгляд на кусты, растущие неподалеку, обратив внимание, что ветвь неестественно покачивается.
– Да куда ты мне на руки льешь! – возмутился Горан, – держи ровнее!
– Смотри, кусты шевелятся, – Игорь не отрывал от них взгляд.