— О чём? О Полине? — пошла я на опережение. — Знаешь, мне хватило подробностей. Оставь их при себе.
— Нет, я хотел поговорить о нас. С тобой что-то происходит…
— Со мной?! — тут я повысила голос, потому что такого обвинения вынести никак не могла. — То есть ты сейчас пытаешься выставить меня виноватой во всех смертных грехах?!
— Алиса, потише. Руслан ещё не спит.
— Да мне плевать, — я оттолкнула мужа и пошла на диван, стараясь держаться изо всех сил, чтобы вновь не разрыдаться.
Мне наивно казалось, что я приду домой, и меня с радостью встретят мои любимые мужчины. Но они даже не обняли меня. Наверное, никто бы даже внимания не обратил, если бы я вообще никогда больше не появилась. Ах, нет, посуду же кто-то должен загружать в посудомойку…
— Алиса, — Камиль сел рядом.
Так хотелось, чтобы он взял меня за руку и пообещал, что всё будет хорошо. Но, как только он коснулся моей ладони, я убрала её подальше. Потому что прикосновение это ударило меня током безразличия. Камиль насмехался над моим положением, хотя виду не подавал. Но я видела, как он рассматривает мои волосы, мою одежду. И во взгляде этом не было ни капли того восхищения, которое я читала в глазах своего мужа, когда он ещё любил меня.
Глава 19. Алиса
— Послушай, — вновь заговорил Кам, уже не пытаясь меня коснуться, — ты же знаешь, что мы с тобой можем обсудить совершенно любые вопросы, чего бы они ни касались — твоей новой работы или твоей новой причёски…
— О, так ты заметил! — злобно воскликнула я, где-то на грани между истерикой и ненавистью. — А я уж подумала, что мне нужно налысо побриться, чтобы ты обратил на меня внимание!
— Я заметил, — сказал Камиль, назло мне — специально тихим и невозмутимым голосом. — Сразу заметил. Тебе очень идёт.
— Ты врёшь, — выдохнула я, чувствуя, как сердце в груди сжимается от боли.
— Зачем мне врать?
— Да откуда я знаю, зачем? Я вышла замуж за человека, который боготворил меня. А сейчас я тебе попросту не нужна.
— Это неправда. Я люблю тебя, как и прежде.
Камиль снова потянулся ко мне руками, но я так ненавидела его в этот момент — вот эти нотки жалости в его голосе, эту оскорбительную попытку снова сделать из меня ту послушную девочку, которая всё будет делать по его указке, какой я была в свои двадцать лет. Неудивительно, что моего мужа потянуло на молоденьких — ими же так просто управлять.
Я обожала его всегда и продолжала обожать даже сейчас, но вместе с тем понимала — Камиль отказывается слышать меня, отказывается понимать, отказывается видеть мою боль. Он хочет, чтобы я просто заткнулась и продолжала делать всё, как раньше.
Хотя, если вдуматься, семь лет назад мы уже стояли на пороге расставания, потому что я открыла новую себя. Открыла для себя иную жизнь. А Камиль положил всему конец, потому что желал управлять мной единолично. Наверное, если бы ни беременность, я бы нашла силы на сопротивление. Но здесь обстоятельства оказались сильнее меня.
Обстоятельства, обстоятельства, обстоятельства… Снова чёртовы обстоятельства!
Я устала всякий раз уговаривать себя, что кому-то что-то должна.
Должна по восемьдесят раз вставать среди ночи, потому что мужу завтра на работу, ему надо поспать. Должна задвинуть подальше все свои музыкальные поползновения, потому что в доме и без того полно работы и всегда есть на что потратить время. Должна слушать о том, что мой муж мечтает трахнуть каких-нибудь двух девиц, хотя за всю жизнь у него были десятки женщин!
А меня был лишь он — Камиль. Только он — мой муж.
И ещё Артём.
Да, Тёма… Он тоже был. Недолго, но так ярко и горячо. Так страстно и необузданно. Так по-настоящему и искренне. Где-то даже наивно. Где-то даже нереально.
Но всё закончилось.
После тех безумных месяцев «Триума» в моей жизни больше не было ни ядерных вспышек, ни фонтанов эмоций, ни того бескрайнего огромного чувства, когда я — маленькая и хрупкая — окружена нерушимыми стенами моих мужчин, которые готовы за меня уничтожить весь мир. Когда я для них — всё, и они для меня — всё. Когда мы и есть друг для друга — целый мир…
— Алиса, если ты не готова разговаривать сейчас, — сказал Камиль, — мы можем вернуться к этому разговору позже. Просто скажи мне об этом.
— Хватит, — я так устала его слушать, устала чувствовать его непрерывное давление, что просто отошла подальше, встала у окна.