- Отлично играешь и поешь, - она до сих пор была в его крепких объятьях.
- Я не пою.
- А зря.
- Это я знаю, а ты бунтарка и дикарка, сразу видно обожаешь рок-музыку, - он не отпускал ее. Нет она не любила ее отчасти, но Фредди приучил любить. Бетти была приятна его компания, и этот незнакомец ее просто очаровал, и прямо сейчас она была готова открыть ему сердце.
- Я Бетти Хомс, - прошептала она, еле дыша.
- Грэг Пэк, я буду учиться в твоем классе.
- С тобой хоть на край света, - почему она это сказала?
- А если я тебе предложу встречаться?
- А если я отвечу «нет»?
- Почему?
- Потому что, у меня есть уже парень, - она вырвалась из его объятий.
- Тот белобрысый? – в голосе ее собеседника она услышала ревность.
- Нет, он вообще не из этой школы, и если он узнает, что ты меня целовал, то он убьет тебя, - Грэг помрачнел.
После уроков он увидел, как Бетти кружит высокий черноволосый парень в кожаной куртке, они поцеловались и смеясь куда-то пошли. Фредди узнав об этом поцелуе, еле подавил свой приступ ревности, Бетти лишь мило улыбалась. Он сдержал свой порыв, позволив ей общаться с этим парнем. Он понимал, что Бетти нельзя запрещать, она не терпит этого, и она, конечно же, будет задыхаться от его чрезмерного внимания. Лучше позволять и наблюдать из далека.
- Куда ты меня тащишь, - возмутилась Бетти. Грэг вел ее куда-то. У него сегодня был день рожденье, ему исполнялось пятнадцать, и Бетти была уверена, что они проведут все свободное время вдвоем, без посторонних глаз.
- Сейчас все узнаешь, - он втолкнул ее в гараж на своем заднем дворе. Там сидели три парня, которые вместе с Грэгом появились в ее классе.
- Привет, - выдавила она, они ей ответили. Что они будут делать, спрашивала себя Бетти.
- У нас есть группа, но нет солиста, - начала Грэг.
- Но, ты поешь, - возразила она.
- Ну, и что, а ты божественна, спой для моих друзей, - она решила спеть любимую «Лунную реку» Энди Вильямса. Они трое были поражены ее голосом и ее владением им. Бетти посмотрела на двоих остальных. Джон Цабли, кажется его так звали, был простым брюнетом с голубыми огромными еловыми глазами, а второй Джеймс Вульф, тоже брюнет, только оттенок другой более темный, он посмотрел на нее и она увидела его еловые глаза. Вообще у них обоих была простая внешность, простых англичан, но все же она заметила харизму, и магнетизм. Она села, пока они что обсуждали, она только услышала возглас Джона: «Женщина в группе, ты с ума сошел!».
- Берем, - все же услышала она от Джеймса, - ты на чем-нибудь играешь?
- На арфе и немного на пианино, - ответила она.
- М, да, не густо, - протянул Джон, - будем учить. Вот Грэг играет на рояле и на всех видах гитарах, хотя лучше всего на рояле и шестиструнке. Я на бас-гитаре и на электрогитаре, хотя не откажусь от обычной гитары, а Джеймс ударник и тоже играет на гитарах. Голоса маловато.
- Грэг, что здесь происходит? – спросила она.
- Мы берем тебя в группу, Бетти, нам нужен четвертый, - Грэг сжал ее пальцы.
- Чтобы мной командовали? Ну уж нет! – она топнула ногой.
- А она строптивая, самое оно, - ухмыльнулся Джеймс, - и как мы себя назовем?
- Монстры?
- Или нет, Кровавые реки?
- Вы мне противны, все трое, - тихо произнесла Бетти, - лучше Контрасты, - они недоуменно посмотрели на нее.
- Что ты сказала?
- Контрасты, - повторила она, - о, Фредди… вот, и я нашла себя.
₪
День клонился концу, солнце лениво опускалось за горизонт, отдавая свое последние тепло городу. Уже блеклые лучики быстро заскользили по фасадам домов, заглядывая в окна, опаляя пестрые листья, напоминая лишний раз, что в город пришла осень. Ночью безумно хотелось разогреть камин, или завернуться в теплый плед, и никогда больше от туда не вылизать. Осенью всегда приходила некоторая апатия, весной все просыпались, летом же все просто дышала жизнью, город хоть и замирал, все равно кипел, ибо у них молодых, больше не было такой размеренной жизни, как у их родителей. Бурные шестидесятые не давали спать спокойно, постоянно нужно было что-то делать, постоянно нужно было чего-то достигать, иначе просто проиграешь в схватке с жизнью.
Выйдя на улицу, после долгой смены, Гарри пошел домой. Усталость вообще не присуща ему, и после долгих рабочих дней, он мог отдыхать, вовсе не сидя дома на диване. Он все также бывал в Сохо, наслаждаясь ударными и гитарой, по-прежнему ища жертву на ночь, пока он совсем не хотел любви. Часто в таких местах он пересекался с Фредди, но этого парса он больше не замечал с другими девушками, значит и Бетти серьезно и надолго захватила его. Молодость Гарри хотел растратить так, чтобы в зрелые годы не думать не о чем, не задумываться о своих поступках, не думать о той боли, что он причинил кому-нибудь, и о тех кто причинил ему боль. С коллегами он старался держаться ровно, не наживая себе врагов, с однокурсниками – не принижая их достоинств, даже у самых глупых, он был романтиком, думая, что всем и всегда можно будет угодить. Но как часто бывает по молодости мы часто ошибаемся, гоняясь за призрачными идеалами. Жизнь всегда так странна, что просто не знаешь, куда в следующих раз она тебя заведет.
Его квартира все также пустовала, конечно же, Джордж смотря на себя, свое романтическое прошлое, мечтал, что его сын также рано вступит во взрослую жизнь, и влюбиться однажды, в ближайшие будущие, как и он – один раз и навсегда. Джулия знала, что Гарри не из тех, кто кидается в чувства в омут с головой. Раз он хирург, то ему больше присуща рассудительность, перед тем как затеять какую-либо авантюру он будет долго думать. Ее старшие дети были больше прагматиками, только, наверное, М-Джейн всегда была готова броситься в огонь.
Гарри решил не идти домой, он сразу же направился в Сохо, изведывать все темные стороны своего характера и своей страсти. Сегодня кто-то играл, правда бездарно, но публика, привыкшая к протесту, живущая им уже несколько лет, наслаждалась этой грубой игрой. Гарри выпил пинту темного пива, достал сигареты, чтобы закурить, как к нему подошла белокурая девушка в синей мини-юбке, и синей жакете. Она оперлась локтями о барную стойку, весело разглядывая парней, закачивающих в себя пиво. Она улыбнулась Гарри, наклоняясь к нему, внимательно изучая его.
- У тебя будет сигаретка? – спросила она, поправляя свои по-мальчишески отстриженные белые локоны.
- Будет, - Гарри вытащил пачку сигарет, протягивая ей, потом из кармана выудил зажигалку, зажигая сигареты – свою и девушки, - я тебя никогда здесь не замечал.
- Я редко хожу сюда, музыка здесь дрянная, - ответила она, снова улыбаясь, - мне нравиться один пианист из Козерога, у нас все девчонки торчат от него.
- Я его знаю, - Гарри хищно улыбнулся, вот, сейчас Фредди, сам того не ведая, станет его козырной картой.
- Правда? – она захлопала ресницами, - а, он свободен? - ее голубые серые глаза на мгновенье наполнились счастьем.
- Нет, у него есть девушка, - а вот еще одна карта – его Бетти, просто потрясающе.
- Небось она уродка, - Гарри ухмыльнулся, - он просто душка, я никогда ее не видела рядом с ним.
- Она моя сестра, - произнес он, - двоюродная, - потом добавил он, - и просто красавица, все парни сходят по ней с ума. Фредди не бросит ее. Зачем он тебе? Он же просто рокер, который уже к кому-то привязан, а я свободен.
- А дерзости тебе на занимать, - протянула она.
- Я хирург, ну почти, - она рассмеялась.
- А я почти актриса, - она протянула ему руку, - я Офелия Майлз.
- Гарри Хомс, - он поцеловал ей руку, - хочешь выпить чего-нибудь.
- Если воды, - Гарри кивнул бармену, Офелия жадно отпила воды, - ну, что ж рассказывай о себе, тот, что свободен.