Мирный квартал, примыкавший у энергоцентру, превратился из пасторальной идиллии в дымящиеся развалины. Поднимались тут и там столбы чёрного клубящегося дыма от горящей бронетехники.
Пришлось спасать местных жителей, в основном преклонного возраста. Под стать своим древним домам, превратившихся в руины. В одном из подвалов обнаружили контуженного Ульфа, в обществе перепуганных пожилых людей. Все были очень рады, так как записали его уже в без вести пропавшие. Были погибшие и среди мирного населения, и среди сражавшихся. Их складывали вдоль дорог. И они пролежали ещё несколько часов, укрытые кто чем придётся. Как немой укор сцепившимся в яростной схватке и омрачали радость от такой трудной победы. Только сейчас молодые люди осознали какое это горькое дело война.
Бродили и специалисты по полю боя и изымали у роботов и киборгов их электронные и квантовые мозги. Для последующего изучения, а если повезёт, то и допроса. Приехавший наконец грузовой транспорт загрузил всех полёгших на поле боя и уехал. Люди ещё долго стояли и смотрели вслед удалявшимся карам со страшным грузом.
Своих погибших парни не отдали похоронной команде. Троих потеряли они в этом страшном бою. Это не давало радоваться тому, что удалось выжить в такой мясорубке. Шок у всех вызвало известие, что погиб их лидер. Погиб Фет. Рона буквально почернела от горя и потрясения. Её, находившуюся в прострации, увезли девочки домой. Её еле оторвали от груды обгорелого, ещё теплого железа. Это всё что осталось от их флагманского, наиболее мощного флаера.
В разгар боя Фет обнаружил заходящий для атаки боевой атмосферный флаер противника. Легко представить, что бы было со всем кварталом в случае даже одного его залпа. Он запрыгнул в свой флаер и свечой взмыл навстречу ведущему рекогносцировку противнику. Огонь Фета результата не дал. Боевой армейский аппарат обладал соответствующей защитой. Ни секунды не раздумывая Фет пошёл на таран и взорвался при столкновении. Во врага он врезался уже не живым. Встречным огнём флаер Фета был изрешечён. Оба летательных аппарата, объятые облаком огня, клубком рухнули на землю.
Ребята долго и бережно разбирали обгоревшее железо с помощью разных машин, инструментов и приспособлений. Втайне они надеялись, что защитник спас друга. И его просто зажало в горе обломков. Хоть ни каких сигналов от Фета и его защитника уже не поступало. Слёзы катились по щекам посуровевших парней. Это были их первые взрослые потери. Война брала свои жертвы. К их большому сожалению надежды не оправдались. Надёжный скафандр лишь сохранил узнаваемый образ погибшего друга и командира. Отдавшего свою жизнь за своих друзей.
Возбуждённые бойцы собрались возле потрепанного здания энергоцентра. Знакомились, обнимались, благодарили друг друга за поддержку и боевую выручку. Старались запомнить лица боевых друзей. Повстанцы не переставали удивляться юному возрасту боевых побратимов. Это был стихийный митинг, посвящённый победе.
Залезший на подбитый танк командир поздравил всех с победой. Обещал всех представить к наградам. От имени Правительства национального единства обещал, что никого не забудут. Ни живых, ни павших. Молодёжи пообещал хорошее образование и старт в жизни.
Всеобщее ликование от победы и от того что посчастливилось уцелеть в этой мясорубке переросло в небольшой фуршет с выпивкой и закуской из разгромленных боем мобильных магазинов. Все тепло улыбались и щурились от яркого летнего солнца. Победу праздновали и подтянувшиеся местные жители. Давно никто не помнил таких многолюдных стихийных торжеств.
В грохоте боя подвиг Фета был замечен всего несколькими людьми. В их числе был командир группы повстанцев, оборонявших энергоцентр. Человека, спасшего всех, он представил перед командованием к награде и внес предложение похоронить молодых героев в Пантеоне славы. В 22 век на планете было мало точек, где бы не велась видеосъёмка с множества микрокамер в самых разных целях.
Репортаж об этом бое попал во все новостные каналы и вызвал в мире большой резонанс. На группу Фета обрушилась слава. Ульф, бывший «правой рукой» Фета, лечился в военном госпитале. Все почести принимал его «левая рука» - Крэйг. Он же был распорядителем на торжественных похоронах, со всеми воинскими почестями, своих товарищей. Сам адмирал Старк отдавал последние почести павшим героям в Пантеоне славы. Было их не мало. Полегли тысячи.