Ей стало страшновато окончить свои дни в этой летучей консервной банке. Но после тревожных минут старта и выхода из атмосферы Титана она успокоилась, и надежда на спасение опять стала согревать её душу.
Стартовые перегрузки они перенесли относительно неплохо. Хоть опасения были из-за малоприспособленных к этому пассажирских мест. Лин не покидало чувство потери, ей казалось, что она оставила на Титане что-то дорогое ей.
Её вывели из полукоматозного состояния, когда Клиппер вышел на орбиту вокруг Юпитера и оставался ещё орбитальный манёвр выхода на орбиту Ганимеда. Большую опасность представляли мощные магнитные поля Юпитера с их мощной радиацией.
Клиппер не был рассчитан на такое мощное воздействие. Приходилось маневрировать. Жаль, что база была не на более безопасном и удалённом Каллисто, пусть он и меньше размером.
Лин с трудом приходила в себя, разминая затёкшие руки и ноги. Голова была сама не своя от снотворных средств. Лишь завтрак с горячим кофе из термоса и сэндвичами немного привели её в чувство. Чувствовала она себя стесненно в обществе одних мужчин и понятными в связи с этим бытовыми сложностями.
Поэтому любоваться великолепным Юпитером со вспышками молний на ночной стороне и необыкновенным Ганимедом было некогда. Все готовились к посадке и занимались бытовыми мелочами, чрезвычайно затруднёнными из-за большой скученности. Лишь все вместе они полюбовались диковинно цветастым и нашпигованным вулканами Ио.
Но атмосфера на Клиппере была лёгкая и весёлая. Все радовались удачному окончанию полёта и прибытию на большую базу, где есть человеческие условия и возможность сносного существования. Молодые здоровые организмы нормально перенесли путешествие.
Франсуа вышел на связь с Куртом и сообщил, что вояж уже почти закончился, и они скоро сядут на Ганимеде. Тот порадовался за них и сообщил что у него всё штатно и даже лучше чем обычно. Как будто над ним взяли шефство добрые силы. Пару раз могли образоваться аварийные ситуации, со сто процентной вероятностью. Но всё обошлось наилучшим образом, само собой.
Все смеялись и шутили над своим товарищем, радуясь вместе с ним. В глубине души теплился радостный огонёк. За всё она благодарила бога, за всё что сложилось удачно.
Но состояние полусонной одури ещё долго не покидало Лин, и посадка тоже мало ей запомнилась. Поднимали настроение шутки и смех зубоскаливших товарищей. Когда ребята стали по одному покидать борт спасшего их кораблика, у всех наступила эйфория. Это было счастье.
Не омрачило его и прохладная реакция встречающих. И то что те были вооружены и насторожены. Радости вновь прибывшим они явно не выказывали. Встречающий невнятно отрекомендовался и предложил занять места в вездеходе. Но полусонный мозг ничто не могло удивить. Они сели в вездеход футуристического вида с удобными креслами и экранами обзора.
По сравнению с Титаном, атмосферы тут можно сказать не было. Очень слабая. И звёзды были хорошо видны. Зато была у планеты собственная магнитосфера и масса её была больше земной луны в два раза. Диаметр же Ганимеда превышал диаметр Меркурия. Это самая большая луна в солнечной системе. Всё это и обусловило выбор Ганимеда для устройства земной базы.
Небольшой космодром, с застывшими свечами космолётов, остался позади. И они по неровной дороге начали петлять между причудливыми холмами из силикатов и грязного водяного льда. Лин радостно запомнилось, что всё ещё далёкое солнце стало немного больше. Висящий близко в небе огромный, невероятный и отлично видимый Юпитер поражал. Тень на нём от собственного спутника чернела пулевым отверстием.
Все были до чертиков рады, что рискованное путешествие закончилось. Ведь Земля стала немного ближе.
Все надеялись обрести надёжный дом где вместе со всеми можно преодолеть любые трудности. Пилот Клиппера Франсуа между болтовнёй сообщил, что на космодроме стоит роскошная яхта одного из бонз «Марсинтернешнл». И он даже догадывается чья. Эти обводы и идентификационные коды он узнал бы из тысяч.
На атмосферные планеты с земным тяготением, или даже марсианским эту красавицу сажать рискованно. Но как много бы он отдал за удовольствие такой порулить. Все посмеялись над предпочтениями пилота. Но особого внимания на этот факт никто не обратил.
База находилась в горных выработках недалеко от космодрома. Видимо где-то в глубине она имела доступ к залежам довольно чистого водяного льда. Снаружи на поверхности стояли самые первые запыленные блоки старой поверхностной станции, где уже давно никто не жил.