— Что она наговорила? — испуганно спросил Юрий Владимирович.
— Она пыталась выведать, с кем изменяет ей ее страстный мачо — то бишь ты.
— Ты Амалии ничего не сказала? — подскочил на диване Шевчук.
Диана покачала головой:
— Ты плохо знаешь свою дочь.
— Но я хорошо знаю эту женщину, — возразил Юрий Владимирович. — Если она задумала что-либо узнать, то обязательно узнает. Нужно предупредить Аню… твою маму. Но как? Она со мной наверняка разговаривать не захочет… Да и что я ей скажу?
— Почему не захочет? — удивилась Диана. — Вы виделись с ней вчера… или нет?
— Не спрашивай… — простонал Юрий Владимирович. — Я подлец и слабый человек!
— Понятно. Сериал продолжается, — вздохнула Диана и деловито поинтересовалась: — Что у вас случилось?
— В том-то и дело, что ничего не случилось, мы не встретились.
— Не встретились, и ты напился, заявился домой на бровях. Ох уж эти зрелые взрослые, ведут себя словно дети… Чувствую, мне придется вмешаться.
— Я у Ритки так ничего толком и не узнала, — рассказывала Доминика Артему и Елизавете Андреевне. — Ну кроме некоторых деталей. Ритка не знает, кто за всем этим стоит.
— Тут есть определенная нелогичность, — задумчиво заметил Артем. — Если тот человек, который задумал отобрать у тебя «СуперНику», поставил в этой игре на Ритку, то зачем ему ее убивать?
— Есть два объяснения… Даже три. Первое — Ритка выполнила свою функцию и теперь не нужна. Ни как участник, ни как свидетель, ни как новый глава компании. Вот ее и убирают, — начала перечислять варианты Доминика. — Второе: она повела себя в бизнесе не так, как прогнозировал наш основной враг, и заявила себя самостоятельным игроком… И третье: ее убийство — еще один шаг к моему окончательному устранению. Обвинить меня в убийстве Ритки — хороший ход. Тем более что это тема не нова… Недаром на месте преступления появилась эта злосчастная груша… В любом случае выходит, что бедная Ритка — только орудие в руках преступника.
Елизавета Андреевна добавила:
— Ты, Ника, назвала три причины происшествия с тобой и Ригой и каждую рассмотрела по отдельности. Но ведь их можно и объединить. Или я не права?
— Я подумаю над этим, но меня удивляет другое. Почему не дает о себе знать настоящий владелец компании? Почему он никак себя не проявляет?
Артем предположил:
— Его, очевидно, смутило то, что с Риткой у него вышел промах… И он ждет дальнейшего развития событий. Ему рано светиться. Ты — жива, Ритка тоже.
Доминика вдруг просияла:
— Я поняла. Все сходится. Я никак не могла уложить в голове одну вещь. Если Ритка — на всем белом свете одна-одинешенька, подкидыш детдомовский, как мы думали раньше, то ее смерть нелогична и никому не нужна. Что будет с ее акциями? Кому они достанутся? Иное дело, если у нее есть родная мать… А может, еще и отец… Это резко меняет картину… Появляются законные наследники — и мое состояние обретает новых хозяев.
— Ника, что ты говоришь? Ты намекаешь на мать Риты? Родная мать хочет смерти дочери из-за каких-то денег? — испуганно воскликнула Елизавета Андреевна, и Доминика жестко возразила:
— Не из-за каких-то, а из-за больших денег. Я полагаю, что нам нужно разделить заказчика преступления с исполнителем этого преступления.
— Ты не можешь смириться с тем, что Сергей — убийца? — напрягся Артем.
— У меня нет иллюзий по отношению к Сергею, но не думаю, что он способен на убийство. Это совсем другое. Я знаю его.
Елизавета Андреевна заметила напряжение между Доминикой и Артемом и сделала попытку отвлечь их:
— А что, если спросить у него самого? Даже оступившийся может признаться…
Доминика грустно улыбнулась:
— Дорогая Елизавета Андреевна, вы или отстали от жизни, или ушли от нее далеко вперед. Скорее всего, второе. Мир изменился. Очень.
— Девочка, мир меняется, а люди остаются теми же. Поверь. И десять лет назад, и сорок, и даже сто сорок предательство было предательством, а благородство — благородством, — возразила Елизавета Андреевна.
— Я поеду в санаторий, найду ту дежурную, которая отдала боксерскую грушу неизвестному в клетчатой кепке, и покажу ей фото Сергея, — решил Артем. — Его нельзя не запомнить.
Доминика согласно кивнула и повернулась к преподавательнице:
— Елизавета Андреевна, вот что мне пришло в голову. Чтобы проверить наши версии, я должна знать, какие решения принимались в компании. И особенно важно узнать, какие инициативы исходили от Риты. Но это невозможно. Мне пока вход в офис заказан. А разведчиков, чтобы заслать туда, у меня нет.