Игорь явно заинтересовался чем-то на столе Юрия Владимировича, но не подавал вида.
— Ты тоже много чего обещал. Сводить меня в кино, например. — Диана надула губки и вышла из комнаты.
Игорь быстро бросился к столу, начал просматривать бумаги Юрия Владимировича. Взял несколько скрепленных листов и вложил себе в папку.
Диана и Игорь уже пили кофе, когда домой вернулся Юрий Владимирович.
— А-а-а, молодое дарование? Рад видеть. А я сегодня как раз был у Петра Алексеевича. Порадовал его, что вот-вот сдам роман. Без чьей-либо помощи.
— А я тебе что говорила? — гордо поглядела Диана на Игоря. — Папик такую классную вещицу дописывает.
— Я рад. — Игорь встал и суетливо начал прощаться.
— Сидите-сидите, я только поздороваться зашел. Не хотел вам мешать, — остановил его Юрий Владимирович.
— Папа, меня Игорь пригласил в кино. Ты же не против? — провокационным тоном поинтересовалась Диана.
— Да, Дианочка, в другой раз мы обязательно с тобой сходим в кино. Только в другой раз. — Игорь посмотрел на часы. — Надо же, как время пролетело. Я совсем забыл, мне нужно… У меня назначена важная встреча. — Игорь попятился к двери. — Творческих вам успехов, Юрий Владимирович.
— Странный парень. У тебя с ним серьезно? — спросил Юрий Владимирович, когда Игорь ушел.
Диана рассмеялась:
— Ты чего? С этим? Нет, конечно. И вообще, папа, вот что я тебе скажу, я решила сменить ориентацию. Я хочу найти себя в профессии. Это для меня стало самым главным в жизни. — Диана вскочила и принесла папку с рисунками. — Вот, посмотри. Плоды моих бессонных ночей.
Юрий Владимирович стал рассматривать папку с рисунками Дианы:
— Ишь красота какая!
— Это из моих последних. Ну, что ты думаешь?
— Я думаю, что ты повзрослела. И я этому страшно рад. — Юрий Владимирович отложил папку с рисунками. — Понимаешь, всему свое время. Люди так не зря говорят. Каждый поступок и каждое решение должно созреть и только тогда свалиться на голову спелой сливой…
— Пап, не волнуйся, я уже записала эту мудрость для твоего нового романа. А насчет сливы… Лучше, чтобы она упала не на голову, а в ладонь. Тогда ее можно съесть.
— Практичная ты моя. Хотя я в моделях ничего не понимаю, но мне очень нравится, что ты этим занимаешься. Я тобой горжусь. — рассмеялся Юрий Владимирович.
Диана собрала свои рисунки и спрятала их:
— Папа, расскажи, а как Доминика построила свой бизнес? Она ведь начинала с нуля? Или у нее был стартовый капитал?
Юрий Владимирович пустился в воспоминания:
— Доминика еще в школе задалась этой целью. Я слегка над ней подшучивал, но она девочка упрямая. Поступила в институт. Ходила на разные курсы.
— Это все понятно, а деньги где она взяла, чтобы открыть свое дело? — повторила вопрос Диана.
— Она взяла кредит в банке. Под эту нашу квартиру. Риск был большой, но он оправдался. Доминика победила. Почему ты об этом спрашиваешь?
— Понимаешь, я тоже так хочу. Открыть свою фирму. Стать известным модельером. Я уже маме говорила, что вот если бы постажироваться у какого-нибудь мастера за границей. Но как туда попасть?
Юрий Владимирович вздохнул:
— Была бы здесь Доминика, она бы тебе что-то посоветовала, подсказала, с чего начать.
— Пап, а знаешь, Доминика заезжала к нам в офис, — сообщила Диана.
Юрий Владимирович даже подскочил на месте:
— Как?! Ты с ней говорила? Как она? Скоро вернется?
— Ты только не волнуйся. Я ее не видела. Это мне сказала Юлька. Но она тоже с ней не встретилась. Просто весь офис гудел. Мол, Доминика очень торопилась — заскочила к Амалии на два слова и снова уехала.
— И не сказала куда?
Диана пожала плечами.
— Как я по ней соскучился! — Юрий Владимирович загрустил.
Диана предложила:
— Но смотри, если она уже не боится выходить на улицу, она точно так же может зайти в Интернет-кафе. Хочешь, я ей письмо напишу? Я, конечно, еще не знаю о чем. Но зато точно знаю, как подпишусь. Твоя сестра Диана.
Юрий Владимирович просиял.
Елизавета Андреевна и Доминика сидели за ужином.
— Так как же вы с ним встретились? Сергей был рад тебя видеть? — поинтересовалась Елизавета Андреевна.
— Они были о-очень рады, — сказала Доминика спокойным голосом.
— Кто — они? — не поняла Елизавета Андреевна.
— Уже не имеет значения. Знаете, а я ведь была настроена крайне решительно, когда туда ехала… — Доминика замолчала, а Елизавета Андреевна закончила: