Блуждая по улицам и стараясь ни о чем не думать, прислушиваясь к людям вокруг, забрела в тихий переулок, пройдя через который вышла к мосту. Деревянная, хилая конструкция, растянулась через реку, позволяя перейти на другую сторону города. Там шумно смеясь и переговариваясь, собралась компания знакомых мне ребят. Они пытались развлечься, прыгая с моста в ледяную воду. Когда-то подобным занималась и я. А теперь вдруг стала взрослой и не видела больше ничего веселого в такого рода развлечениях. Коротко улыбнувшись, развернулась и побрела обратно на центральную улицу.
У фонтана заметила знакомую девушку, сидевшую вытянув ноги на выложенном камнем бортике. Край белого платья с красной строчкой у швов падал в воду, но ее это не волновало. Она подставила бледное лицо теплым лучам солнца и хрустела карамелью на палочке.
– Карла. – Негромко позвала я, подойдя ближе.
Она повернулась ко мне, подарив широкую улыбку. Ее миловидные черты лица, хрупкое тело и огонек в глазах подкупали. Карла казалась легкомысленной, по-детски наивной, но в то же время переполненной счастьем и добротой ко всем, кто ее окружал.
– Эвелин! Рада видеть тебя в здравии.
Я криво улыбнулась. В последнюю нашу встречу мой внешний вид оставлял желать лучшего. Но как ни странно, никто из прихожан не начал в панике кричать, убегать или же обвинять меня в убийстве. А выглядела я и впрямь так, будто пару минут назад кого-то прикончила.
Присев на бортик рядом с Карлой, подняла подбородок, наблюдая за тем, как ветер гонит облака.
Странно сидеть вот так с той, кого когда-то безжалостно лишила жизни. Хотя в случае с ней, всю работу за меня сделал Джошуа.
– Откуда знаешь мое имя? – Спросила я, не зная, как еще завязать беседу.
– Неужели не помнишь? Мы познакомились в день, когда ты пришла к нам впервые. – Она спустила ноги с бортика, надевая простенькие туфли без намека на каблук, и посмотрела на меня. – Знаю, Эдгар тогда прогнал тебя, но он был уверен, что ты придешь к нам снова. И ты пришла, но так и не смогла задержаться с нами.
Тех месяцев, которые я практически ежедневно посещала церковь, никогда не было. Эдгар никогда не принимал меня в ряды своих последователей. Не состоялось праздника в эту честь. Разговоров с прихожанами о том, как они счастливы находиться в том месте. И не случилось убийств, о которых я после жалела. Карла сидела рядом. Живая, счастливая и, как прежде, дарила улыбку всем, кто смотрел в ее сторону. Была жива и Долорес. Уверена, сейчас она в очередной раз убиралась в жилом крыле церкви или уговаривала Эдгара провести вечер с песнями.
Могла ли для меня любовь к Эдгару закончиться так же, как и для Россо? Помешательство, жестокость и полное отсутствие здравого смысла. Пришлось бы мне задохнуться от напора собственных чувств? И в конечном счете, погибнуть от руки любимого?
А ведь я до сих пор не понимаю, что заставляет меня испытывать Эдгар. Неприязнь? Ненависть? Симпатию? Любовь?..
– Пойдешь со мной? – Спросила Карла. Она стояла передо мной, протянув руку и приглашая наведаться в церковь. – Кажется, Долорес удалось уговорить Эдгара устроить вечер музыки и вина.
Улыбнувшись, кивнула ей в ответ и вложила руку в ее ладонь. Она довольно хихикнула и,прижавшись к моему плечу, повела в сторону леса. Всю дорогу Карла не замолкала. Рассказывала о прошедшей мессе. Об усталом виде Эдгара, который в последнее время часто заседает в своей комнате, и я знала почему. Разболтала все секреты, что таились в стенах жилого крыла. О связи Марты, довольной взрослой женщины, с едва выпрыгнувший из родительского гнезда юнцом Адамом. Долорес, как оказалось, постоянно спорит с Хелен на пустом месте, порой они могут игнорировать друг друга неделями. Пару раз молодая часть прихожан, среди ночи выбиралась в лес. Там они разводили костер и делились страшными байками, которые не один год бродят в городе.