Пальцы Джошуа осторожно коснулись моих волос и медленно в них зарылись. Он прознал о сомнениях, бередивших душу и, решил успокоить. Показать маленьким жестом, что я ему небезразлична. И даже если мои чувства покажутся ему чужды, он попытается их понять.
– Я влюблена в мужчину. Та церковь, в которую я ходила, принадлежит ему. Мне так хочется, чтобы эти теплые чувства оказались взаимны, но каждый раз, когда между нами возникает притяжение, что-то обязательно разбивает его вдребезги. – Край губ дернулся в кривой усмешке, и я пробежалась взглядом по длинной шее Джошуа. Кое-где виднелась легкая щетина и небольшие порезы. Он бреется? – Девицы вокруг него так и крутятся. И сегодня одна из них увела его у меня прямо из-под носа. А он был совсем не против. Это меня расстроило и взбесило. Поэтому плакала.
После моего откровения Джошу открыл глаза и, опустив подбородок, посмотрел на меня. Некоторое время он молча разглядывал мое лицо, а потом его ладонь опустилась на мои глаза, застилая и без того тусклый свет. Я ухватилась за его запястье, пытаясь оттащить, но он оказался гораздо сильнее.
– Не сопротивляйся, просто закрой глаза и попытайся немного расслабиться. – Так, его голос ощущался куда острее, приглушенный, с легкой хрипотцой, отдающий по телу волной мурашек.
– Твой особый метод утешения? – Послушно опустила руку и громко вздохнула.
Расслабиться. Это было практически невозможно. Каждый день мне приходилось сдерживать себя в узах давящего корсета, стараться выдавливать улыбку, пытаться казаться красивее, чем я есть. Вместе с тем думать, как и о чем стоило сказать, а о чем смолчать. И не забывать о тех хищницах, что нацелены отобрать моего возлюбленного.
Неосознанно стиснув зубы, вспомнила широкую улыбку Долорес и то, как она вцепилась в Эдгара. Сердце в груди забилось быстрее, а дыхание стало прерывистым.
– Не похоже, что тебе удалось расслабиться.
– Не могу. Вижу ее перед глазами и хочется… – Я прикусила губу и тихо шикнула.
Ладонь Джошуа медленно сползла на макушку. Приоткрыв глаза, встретилась с его внимательным взглядом.
– Чего тебе хочется? – Спросил он, и я задышала чаще.
Чувства, испытываемые мной в момент, когда из-за нее Эдгар бросил меня одну. Ощущение, наполняющее до краев, заставило с силой сжать бокал, и тот разбился вдребезги. Я подняла перед собой руку и посмотрела на грязную ладонь с запекшейся кровью. Джошуа тут же уловил мой взгляд и тихо вздохнул. А затем осторожно взял мою руку в свою и приложил к своим губам. Приятное прикосновение. Легкое, слегка влажное, которым он надеялся унять боль. Вот только я и так совсем ее не чувствовала.
Смотря на то, как Джошуа ласково пытается успокоить мои раны, я негромко проговорила:
– Хочу, чтобы она исчезла. И больше никогда не могла посметь крутиться вокруг него.
На мгновение мне показалось, что глаза Джошуа загорелись ярче. Ладонью почувствовала щекочущее прикосновение его мокрого языка и тут же отдернула руку.
– Грязная же. – Недовольно пробубнила я, вытерев ладонь о подол платья.
– Все мы нечисты. Будь то тела или же души. Разница небольшая.
Его слова заставили меня усмехнуться. Качнув головой, оперлась руками о перину и поднялась, сев с ним рядом.
– Он чист. Все фанатики, что верят в бога и высшие силы едва способны муху обидеть. – Тихо выдохнув, посмотрела на Джошуа.
Он едва заметно закатил глаза и криво улыбнулся, пожав плечами.
– Не думал, что ты можешь оказаться такой наивной. Иногда те, кто громко кричит о любви к богу, могут оказаться самыми грешными и грязными людьми.
– Ни за что в это не поверю.
Джошуа медленно кивал, не моргая смотря на горящий в печи огонь. Снова задумался о чем-то и исчез. Что же могло ввести его в ступор? Какие мысли не давали покоя? Его рука крепко вцепилась в покрывало, а скулы напряженно дернулись. Я потянулась к нему, думала положить руку на плечо, но он перехватил меня. Пустой взгляд прожег насквозь и тогда, опомнившись от забытья, Джошуа прикусил губу и отпустил меня, тряхнув головой:
– Уже поздно…
Была глубокая ночь. Идти домой не было смысла. Мне понадобится уйма времени на дорогу, после, чтобы добраться до комнаты беззвучно, а едва голова коснется подушки, придется снова вставать. Хотелось просить разрешения остаться с ним, но разве могла я позволить себе подобное? Лечь спать в доме одинокого мужчины. Но однажды мне уже пришлось провести здесь ночь, стоило ли тогда бояться чего-то?