– Я…
– Останешься? – Перебил он меня своим вопросом, на что я тут же кивнула. – Я лягу на полу, а ты на кровати.
– Что? Нет! Давай просто вместе ляжем на кровать. – Выпалила свое предложение так быстро, что не успела обдумать. Еще и смотрела на Джошуа слишком серьезно и хмуро, лоб ныл от напряжения, а от искусанной губы не осталось живого места.
Мои слова его удивили. Они же ошарашили и меня, когда я осознала сказанное. Щеки загорелись, а пульс нервно завибрировал в ушах. Хотела ретироваться, объяснить, что сказала глупость, но едва мои губы разомкнулись, Джошуа на выдохе произнес:
– Хорошо.
Не знаю, хуже предложить поспать вместе или же услышать согласие на свое не самое удачное предложение. Но отказывать, когда сама же стала инициатором, неловко. Потому я просто кивнула и нелепо, натянуто улыбнулась.
Но все смущение мигом испарилось, как только мы оба улеглись в кровать. Ожидала, что он ляжет рядом, прижмется вплотную и будет всю ночь сопеть позади меня. Но все мои фантазии разрушились, когда Джошуа бросил вторую подушку мне в ноги. Тогда стало ясно, почему он так быстро согласился.
Отвернувшись лицом к стене, прикрыла глаза и тихо вздохнула.
– Добрых снов, Эвелин.
– Добрых. – Ответила я и прикусила губу, вспомнив, как когда-то в детстве, мне удалось вот так поспать вместе с Кайлом. В первый и последний раз. И слезы вновь скользнули на подушку, которая уже однажды успела их повидать.
Глава 6.3.
Больше семи дней меня не было в церкви. Ходила только к Джошуа. Помогала ему навести порядок в доме, перенесла еще парочку вещей из того, что нашла у себя в сундуке, покупала овощи и хлеб. Разговоры с ним стали чем-то особенным для меня, так же как и время, проведенное в тишине друг с другом. К нему не было смысла надевать нарядное платье и стягивать себя корсетом. Не было нужды стараться выдавливать из себя улыбку, если на это совсем нет желания. И говорить можно обо всем, что придет в голову. А взамен на мою открытость он также был откровенен со мной.
Его мучили кошмары. Которые, как ему казалось, имели отношение к позабытому прошлому. Рассказывал о боли, пронизывающей все тело, о привкусе чьей-то крови во рту и о девушке, что погибала у него на руках. Одной из ночей, когда я снова решила остаться с ним, он подскочил с кровати и громко зарычал, схватившись за голову. Упал на колени и начал плакать. Его тело била дрожь, и облик быстро менялся. Монстр. Человек. Снова монстр. Словно он сам не понимал, кем является на самом деле. И с тех самых пор, как Джошуа впервые обернулся передо мной из монстра в человека, весь цикл его превращений стал непредсказуемым.
Я прижимала его к себе, шептала, что все в порядке, но сама в это не верила. Происходящее с ним пугало. А когда он признался, что с момента, как мы встретились, ему стало хуже, мне вовсе стало тоскливо. Неужели всему виной я?
Не знала, чем помочь, как облегчить его страдания. И однажды возможное решение проблемы пришло мне в голову. Так, я оказалась на пороге дома вампирш.
На этот раз Лилиан встречала гостей в своей комнате. Меня сопровождала одна из ее сестер, которая всю дорогу улыбалась, искоса посматривая на меня. От этого было неловко и мои щеки, и уши горели от смущения.
Комната старшей вампирши была шикарной. Высокие потолки, украшенные лепниной и красивой росписью в виде вьющихся роз. Большая хрустальная люстра в центре, а под ней фортепиано. Убранство под стать самой вампирши – в темных, бордовых оттенках с долей золота. Пока я оглядывалась по сторонам, разглядывая причудливые напольные вазы, Лилиан расположилась на диване, а одна из ее сестер успела принести чай.
Присев напротив вампирши, еще раз оглянулась. Откуда у живущих вдали ото всех девушек столько денег? Зарабатывают, развлекая мужчин? Или, должно быть, этот особняк достался им по наследству. Но от кого?
– Что привело тебя ко мне? – Поинтересовалась Лилиан.
Ее вопрос вернул меня к важному. К тому, зачем я к ней явилась.