Выбрать главу

– Слабость. – Перебила его я. – Но ты больше не можешь позволять себе быть слабым. Сейчас мы не дети. Если когда-то ты полностью взваливал все на плечи родителей, прятался за их спинами, то теперь должен научиться нападать сам. Иначе однажды станешь съеденным.

Кайл тихо усмехнулся и чем-то стукнул по двери:

– Неужели жизнь – лес полный голодных волков?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Думаю, люди могут быть куда опаснее диких зверей.

Глава 7.1.

Пение стихло, сменилось на громкий смех и аплодисменты. Эдгар сдержанно улыбнулся и поклонился прихожанам, пожимая им руки. Сегодня медные волосы не были собраны в привычный хвост, а легко спадали с плеч. Солнечные лучи играли яркими красками витражей, бликами падая на его бледное лицо. А глаза ясные, похожие на безоблачное небо.

Когда колонна из людей ринулась к выходу из церкви, я сдержанно улыбнулась, легким поклоном приветствуя каждого. Но на Долорес мой взгляд задержался подольше, она растянула пухлые губы в широкой улыбке, не чувствуя напряжения между нами, и махнула мне рукой. Больно прикусив внутреннюю сторону губы, проводила ее взглядом и цокнула.

– Помнится, обещал тебе прогулку к озеру. – Услышала я и повернула голову. Эдгар подошел бесшумно, незаметно. Все мое внимание заняла Долорес. – Прогуляемся сегодня? Погода отличная, нужно ей воспользоваться.

– Да. – Ответила сразу, не успев даже подумать.

Губы Эдгара растянулись в широкой улыбке, а я смущенно опустила взгляд и скрипнула зубами. Не хотела показаться ему сумасшедшей поклонницей, но иногда мой рот предательски болтает все то, о чем я думаю.

– Выйдем через жилое крыло, так будет ближе.

Эдгар шел первым, я вслед за ним. Жилое крыло мне удалось увидеть лишь мельком, во время моего посвящения. На этот раз я смогла рассмотреть его получше, а Эдгар любезно показывал и рассказывал все, что было мне интересно.

– Здесь комната мужчин. – Он указал на дверь справа у самого выхода. – А здесь женщин. – Кивнул налево.

– Мне казалось, у каждого своя комната.

– У нас не так много места, поэтому приходится ютиться. Но никто не против делить комнату со своими товарищами.

Я задержалась в коридоре, смотря в приоткрытую комнату, где жили женщины.

– В тот вечер, когда проходило мое посвящение, остались лишь те, кто живет при церкви, да?

Эдгар открыл дверь и развернулся, посмотрев на меня:

– Да.

Подняв на него глаза, улыбнулась и вышла из церкви первой.

Тропа, ведущая к озеру, казалась недостаточно протоптанной. Возможно, одному Эдгару известно об этом месте. Или же прихожане не уходят дальше облагороженной территории. И мысль о том, что я могла оказаться единственной, кого он удостоил чести взглянуть на свое любимое место, грело душу. Быть может, ему нужно больше времени, чтобы проникнуться ко мне. И в том месте мы, наконец, сможем побыть вдвоем подольше.

Я обернулась, услышав шорох позади, но никто за нами не шел. Эдгар коротко улыбнулся и успокоил меня сказав:

– В это время в лесу много мышей.

Путь до озера неблизкий, но мы оба молчали. Ему нечего было мне сказать, а я не находила тем, за которые могла зацепиться и начать разговор. И почему рядом с ним чувствую себя такой потерянной и тревожусь? С Джошуа получается куда лучше. Но он и не тот, в кого я до беспамятства влюблена.

Эдгар остановился, а я задумалась и практически впечаталась ему в спину. Поджав губы, заглянула за его плечо и несдержанно охнула от увиденного.

Озеро расстелилось среди деревьев, удобно устроившись между камней. В него быстро стекала вода с небольшой возвышенности, образуя водопад. Журчание воды звучало приятно и успокаивающе. Время словно остановилось. Я прошла мимо Эдгара и присела у самого края, опустив руку в водную гладь. Холодная. Как и в реке, что течет в городе.

Зачерпнув в ладони немного воды, умыла лицо и поморщилась, чувствуя покалывание на щеках и носу. Эдгар присел рядом. Я подняла голову, посмотрев на него, а он мягко провел пальцами по моей щеке, убирая прилипшие волосы. Его горячие руки, касающиеся моей, охлажденной кожи точно луч солнца морозным утром. Согревали, проникая глубоко за пределы моего тела.