– Джошуа. – Проговорила я, и он сильнее впился когтями в мои плечи. – Это я, Эвелин. Неужели не узнаешь?
Криво улыбаясь, стиснула зубы, чувствуя боль от его хватки. Монстр встряхнул головой и запрокинул ее назад, громко взвыв. Мои руки онемели под его тяжестью, но я нашла в себе силы и осторожно ухватилась за его широкие запястья, заставив вновь опустить на меня взгляд.
– Прошу тебя, вернись ко мне, Джошуа.
Его испуганные, полные боли глаза пристально уставились на меня. Туша монстра быстро преобразилась в тело человека. Он тяжело дышал, тихо похрипывая. Я провела ладонями по его предплечьям и натянуто улыбнулась. Джошуа поочередно спустил ладони с моих плеч на землю, смотря мне в глаза. А после уткнулся лбом в мою грудь.
Стало спокойнее, когда увидела его живым и невредимым. Он цел, но совсем не в порядке. И как ему помочь, я не знаю. Я могу быть рядом, если он во мне нуждается, только и всего.
– Прости… – Прошептал он. – Прости меня. Я не хотел.
Не знаю, кто кому был больше нужен в этот момент. Он мне или же я ему. Примчалась к Джошуа, едва распрощавшись с Эдгаром и не для того, чтобы рассказать о коротком счастливом мгновении, а чтобы поделиться темными мыслями, что прочно засели в моем сознании. Знала, он не осудит. Выслушает и поймет.
Наблюдая за тем, как он страдает, каждый раз испытывала невыносимое желание разделить с ним разрушающую его изнутри тяжесть. Заставить позабыть о том прошлом, которое причиняло столько боли, пытаясь пробиться в его настоящее. Так ли нужны были воспоминания, способные разрушить?
Мы снова легли вместе в его кровать, на этот раз рядом друг с другом. Места нам обоим едва хватало, но Джошуа так сильно прижал меня к себе, что позади оказалось еще достаточно свободной кровати. Его сердце билось невыносимо быстро, и грудь вибрировала, заставляя мою голову легко подрагивать. Кожа Джошуа горела, по венам у него текла не кровь, а раскаленное масло. В его объятиях я чувствовала себя спокойно, тело быстро обмякло и меня клонило в сон.
Но шепот Джошуа заставил проснуться:
– Теперь ты бросишь меня? Уйдешь к тому мужчине, с которым была у озера?
Он видел. Видел меня и Эдгара. Наш поцелуй.
Но разве должна этого стыдиться? Я рассказывала о своих чувствах, поделилась переживаниями, и он должен был отнестись к этому поцелую, как к хорошему развитию моей влюбленности. У меня получилось! Но слова Джошуа заставили сердце больно сжаться, а щеки загореться. Стыдно. И не потому, что поцеловала Эдгара. А потому что Джошуа стал свидетелем этого.
Он думает, я его брошу. Оставлю после того, как заявила, что не позволю ему быть одному. Но Джошуа значит для меня не меньше, чем Эдгар. Признаться, я не смогу отпустить его, даже если он сам решит меня прогнать. У него нет никого, кроме меня. В его жизни – я единственный близкий человек.
– Не брошу. – Пробормотала в ответ. – Тебе без меня будет одиноко.
Джошуа молчал, его хватка ослабла, и ему удалось уснуть. Тогда я осторожно запустила руку в его волосы и уткнулась носом в макушку. Запах сырости и утренней свежести успокаивал, но в то же время заставлял печали новой волной накрыть с головой. Поглаживая и перебирая пряди мягких волос, неосознанно прижалась к нему сильнее. Плечи больно ныли и горели. Знала, он оставил мне раны, и платье совсем скоро окрасится в алый, но упоминать об этом не стала. Перетерплю. Не хочу, чтобы он волновался или, что хуже, винил себя.
– А тебе без меня будет одиноко? – Вдруг спросил Джошуа, выдохнув горячий воздух мне в грудь.
Ответить ему я не смогла, как и уснуть этой ночью.
Глава 8.1.
Он сидел напротив меня и с улыбкой кивал, общаясь с моими родителями. Изредка его косой взгляд падал в мою сторону, а уголок губ изгибался. На вид он едва старше брата. Из-за небрежных слегка вьющиеся каштановых волос он выглядел, как юный мальчишка. Его до невозможного сладкие речи гипнотизировали членов моей семьи. И это невыносимо злило.
Появление в нашем доме этого человека не сулило ничего хорошего.
– Энтони, ты женат? – Спросил отец, состроив надменную гримасу. Он не скрывал своего недовольства.