Каждую ночь вспоминала взгляд, которым он смотрел на меня, когда я не решалась поцеловать его. Тело начинало гореть и хотелось содрать с себя кожу. Выпустить наружу то зародившееся в нашу первую встречу чувство, разросшееся и наполнившее меня до краев.
Глава 8.2.
Прихожане уже расходились. Каждый из них поприветствовал меня легким поклоном. Среди них была и Долорес. Она, как обычно, с широкой улыбкой махнула мне рукой, отчего я впилась ногтями в ладони. Пыталась выдавить из себя что-то помимо презрения, но ничего не выходило. Эта девушка невыносимо мне не нравилась.
Но все посторонние мысли вмиг испарились, когда я почувствовала запах Эдгара. Приятный цветочный аромат резко ударил в нос, заставив вдохнуть его сильнее и прикрыть глаза от удовольствия. Пальцы его невесомо коснулись тыльной стороны моей ладони, вызывая волну мурашек, пробежавших по позвоночнику. Только дверь закрылась и в церкви остались мы вдвоем, я посмотрела на него и слегка прикусила губу, борясь с желанием наброситься на него с поцелуем.
– Подумал, ты больше не придешь. – Шепотом, боясь, что кто-то мог нас услышать, проговорил Эдгар.
Я с трудом разобрала сказанные им слова. Мои мысли заглушали его голос. Я медленно переплела наши пальцы и сжала его руку в замке. Резво приблизилась к нему, но Эдгар отступил и присел на спинку скамьи, которая уперлась в его ягодицы. Свободной рукой ухватился, уберегая себя от падения назад, и шире распахнул глаза. Его взгляд опустился на мои приоткрытые губы, намекнувшие ему о моем желании. Между темных бровей Эдгара залегла маленькая складка, а бугорок на шее дернулся. Он сглотнул слюну.
– Неожиданно видеть тебя… такой. Мне казалось, ты менее решительна в своих поступках.
– Приходилось себя сдерживать. – На выдохе произнесла я и опустила вторую руку на его плечо, приподнимаясь на носочках.
Мышцы Эдгара под моей рукой затвердели, напряглись, то ли оттого, что ему приходилось держать равновесие, то ли из-за страха передо мной. Но разве я могла его напугать своим желанием? У озера он признался, что вполне не против, но теперь в нем не было никакой инициативы. Я крепко сжала зубы, и те тихо скрипнули. Легко провела носом по шее Эдгара, губами коснулась пульсирующей вены и жадно вдохнула аромат его кожи. Дурманящий, соблазнительный, вынуждающий действовать.
Сжала губы и качнула головой, пытаясь вернуть себе здравомыслие. Я отстранилась, чувствуя нежелание со стороны Эдгара, которое только сильнее разжигало во мне огонь. Хотела поцеловать его, наплевав на отчужденность. Даже если ему это совсем не понравиться. Можно ли разгневать ангела? Уверена, если мне удастся, я влюблюсь в него еще сильнее.
Уголки моих губ дрогнули, и пришлось прикусить щеку, чтобы неуместно не улыбнуться. Подняв голову, встретилась взглядом с недовольным Эдгаром и на выдохе спросила:
– Что не так?
– Нас могут увидеть, поэтому не стоит заниматься подобным здесь. – Ответил он и поднялся со скамьи, оттолкнувшись ладонью. Нас разделяли всего пара сантиметров, и в тиши стен церкви, я слышала, как размеренно бьется его сердце. В то время как мою грудь разрывало от переполняющих меня чувств.
Нечестно.
– Твоя вера не позволяет заводить близкие отношения с женщинами? – Я не пыталась скрыть своего недовольства, поэтому вопрос звучал, как упрек.
Эдгар криво улыбнулся и крепче сжал мою руку в своей. Склонив голову, он коснулся носом моих волос, и его легкого выдоха хватило, чтобы я прикрыла глаза от удовольствия и выгнулась грудью вперед. Вторая рука легла мне на плечо, и мужчина силой отодвинул меня от себя.
Поморщившись, тихо фыркнула и выпустила его ладонь из своей. Как он может мучить меня? Сначала подпускает ближе, чем я могла себе позволить, а после отталкивает. Между нами снова выросла стена.
– Дело не в моей вере, а в том, какое место я занимаю в этой церкви. Я пример, Эвелин. Если кто-то увидит меня в объятиях женщины, то решит, что ему тоже дозволено подобное. Тогда выстроенные мною правила, служившие ориентиром для каждого прихожанина, рассыпятся. Мне хаос ни к чему.
Сложно было не принять его слова, смотря в светлые, голубые глаза. Казалось, их обладатель едва ли способен на ложь. К тому же Эдгар глубоко верующий. Вот только в кого он верил? В того ли бога, известного всем? Нет, точно не в него. В этом случае, наша с ним связь уже звалась бы грехом.