– Прости… Я не хотел. Ни за что бы ни сделал тебе больно…
– Знаю.
***
Пришлось надеть одну из рубашек Кайла, которые предназначались для Джошуа. Всяко лучше, чем неудобная простыня.
Заставила раненого Джошуа ждать за домом на уложенном когда-то им же бревне. Натаскала воды в ведро, принесла чистую одежду и разорвала на лоскуты простынь. Мыть его он мне не позволил, выхватил из рук тряпку и принялся оттирать с себя кровь. И когда я только успела привыкнуть к его наготе? Его обнаженное тело, признаться, выглядело чересчур красиво. Смуглый оттенок кожи подчеркивал каждую мышцу и изгиб, широкие плечи, способные защитить от чего угодно и высокий рост, чтобы весь его образ выглядел органично. Подарок от родителей, о которых я никогда не слышала, а спросить язык не повернется.
Если так подумать, я совершенно ничего о нем не знаю. Одни только размытые детали прошлого. Прошлое.
Почему Джошуа ненавидит свою сестру и не верит в то, что она сожалеет о содеянном? Он явно любил ее и, возможно, любит до сих пор. Иначе не стал бы убивать каждую, на кого Россо укажет. Но в нем не было ни капли желания вернуть ее к жизни.
У нас не оказалось ничего, чтобы обработать рану. Я омыла ее водой и плотно замотала лоскутами простыни, чтобы остановить кровь. Помогла Джошуа одеться и увела в дом. День выдался солнечным, достаточно теплым, но в комнате стояла прохлада. Тем лучше, тело Джошуа горело, и я надеялась это не из-за раны. Если ему станет хуже, я сожгу чертову церковь вместе с Эдгаром. В случившемся виноват именно он.
Пришлось повозиться, чтобы заставить этого упрямого дурака лечь в кровать. Все твердил, что в порядке и ему необязательно ложиться, а сам то и дело сжимал челюсть от боли. И все же он поддался моим уговорам. Лег на кровать и прижал колено раненой ноги к прохладной стене. Я долго колебалась, думая, могу ли прилечь рядом, и в конечном счете сдалась. Пристроилась на краю, повернувшись к Джошуа лицом. Он, встретившись со мной взглядом, удивленно вскинул брови. Мои плечи жутко горели, ноющая пульсирующая боль становилась сильнее, когда задевались повязки, но я улыбнулась и осторожно приобняла Джошуа, прикрыв глаза.
– Почему ты возишься со мной? От моей руки пострадала, но ведешь себя так, словно ничего не случилось.
– Думаю, на моем месте ты поступил бы так же.
Если бы он знал, что однажды также помогал мне, когда я совершила нечто более ужасное, думал бы иначе? Тогда он без задней мысли помог спрятать Долорес, сокрыть следы убийства и даже пытался привести меня в чувства, рассказав о том, как тяжело жить после совершенного преступления. А после и вовсе согласился принять тяжесть от убийства на себя. Несмотря на то прошлое, которое он вспомнил. Согласился стать орудием в чужих руках вновь. Без раздумий. Отчаянно.
– Откуда тебе известно о Россо?
Открыв глаза, увидела укор в его взгляде, словно я сделала что-то плохое и теперь он меня осуждал.
– Поверишь, если расскажу что-то безумное?
– Безумнее того, что происходит со мной?
Я криво улыбнулась и кивнула. И впрямь считала случившееся со мной чем-то за гранью. Встреча с вампиршами и их странный ритуал сожжения оказался ничем существенным. Поклонения Эдгару, Джошуа с его превращением в монстра. Все это вполне приемлемо. А моя нынешняя жизнь с пережитым, давно вышла за рамки.
Знала, он мне поверит, потому придвинулась чуть ближе, положила голову на его грудь и поведала обо всем, что со мной произошло. Подробнее остановилась на видениях прошлого Россо, на нашем договоре и упомянула о нынешних обстоятельствах, где мне придется отыскать ее могилу. Весь мой длинный монолог Джошуа молчал, показалось, что он успел уснуть. Но когда подняла на него глаза, увидела, как он внимательно всматривается в потолок, обдумывая все то, о чем я рассказала.
– Почему ты согласилась помочь ей вернуться? – Спросил он.
Найти один ответ на этот вопрос едва получится. Было так много мыслей на этот счет. Но первая причина:
– Она пообещала, что разрушит колдовство и я вернусь обратно.
– Думаю, оно разрушилось бы и без ее участия. Именно ты помогла себе выбраться, закончив ту историю, в которую тебя втянул ритуал.