В его словах намек на истину, но даже если так, выбравшись из колдовства, я бы все равно столкнулась с Россо снова. Она во мне, где-то глубоко и пусть вижу ее только в отражениях, чувствую постоянно. Колдунья похожа на прогрессирующую болезнь, медленно опутывает каждую клеточку моего тела, пытаясь отобрать у меня жизнь. Потому хочу поскорее разобраться со своей частью договора.
– Да, но она осталась бы во мне. А я уже успела устать от того, что не принадлежу сама себе. – Прикусив губу, вздохнула и снова прикрыла глаза. – К тому же мне очень ее жаль. Россо умерла от рук того, кого любила. Уверена, ее душа все еще цепляется за жизнь, потому что чувствует несправедливость. Прошло так много лет с тех пор, но, думаю, она все еще любит Эдгара. Даже несмотря на случившееся.
– Вчера мне пришлось многое вспомнить. – Я резко подняла голову, встречаясь взглядом с Джошуа, который смотрел на меня. – И я готов помочь тебе найти могилу сестры. Но перед этим хочу рассказать о том, как Россо вижу я. – Он напряженно сжал челюсть и медленно опустил ногу, кривясь от боли. Затем выдохнул и отвернулся от моего пристального взгляда. – Будучи старшим братом, всегда чувствовал за нее ответственность. Она была очень активной, шумной, весь Эденхелл любил ее. За открытость и желание всем помочь, за искренность и доброту. Только все это было притворством. Россо прекрасная актриса умело пользовалась своим врожденным талантом к манипуляции людьми, и это в один день развязало ей руки.
Сердце Джошуа забилось быстрее, и я мягко погладила его грудь, надеясь помочь успокоиться. Но этот рассказ давался ему тяжело. Тело напряглось, дыхание участилось, а взгляд потускнел. Мне хотелось его остановить, заставить не мучить себя, но я хотела узнать, какие воспоминания так сильно ранят его душу.
– Наших родителей сложно назвать идеальными. Отец постоянно поднимал руку на нас с сестрой и мать. Это было невыносимо. И однажды мама решила все бросить и уйти. Отец напал на нее, начал душить, и Россо забила его кочергой до смерти. А когда мать, шокированная от увиденного, начала кричать на нее, то она убила и ее. – С его губ сорвался громкий выдох, казалось, еще немного и он заплачет. Но даже это не заставило меня попросить его остановиться. Я помнила. Очень похожая ситуация случилась и со мной. Мне также ужасно сильно хотелось ударить отца, но что-то заставило меня остановиться. – Я пришел уже под конец, когда Россо раз за разом вонзала кочергу в тела родителей. Но во мне не хватило сил ее обвинить. А потом появился Эдгар. Тогда с нами уже жила Лилиан. Сестра начала пропадать в церкви, то и дело твердила о том, какой он прекрасный. Мне стало тяжело находиться в том доме, давили стены, и воспоминания о том дне раз за разом наваливались с новой силой. И я ушел, обосновался здесь. – Он усмехнулся, а голос стал тише. – Думал, что теперь-то все будет хорошо. Пока однажды на пороге не появилась Россо в окровавленном платье и со слезами на глазах. И мне вновь пришлось закрыть на содеянное глаза. Так, со временем я стал тем, кто убивает по первому ее зову.
– Она говорила, что виноват…
– Эдгар, конечно. Вот только когда она убивала наших родителей, о нем ей не было известно. И все же, он стал тем, кто убил ее. Сам заявился ко мне с ней на руках, кричал о том, что не знает, как так вышло. А я, увидев ее бездыханное тело, вышел из себя и забил его до смерти. – Он посмотрел на меня и криво усмехнулся. Его ладонь легла на мою руку у него на груди. А я забыла, как дышать.
– Но он жив. Столько лет…
– Да. Удивительно. Может бог, которому он постоянно молится, спас его, а может что-то другое. Этого я не знаю. Как и то, почему уснул на пару столетий, а когда проснулся, оказался монстром. Лучше бы не вспоминал. Вся моя жизнь – сплошной страшный сон.
Теперь мне стало известно о двух сторонах Россо. Но какая из них истинная? Я не могла не согласиться с историей Джошуа, и отказаться от версии его сестры тоже. Я была той, кто прочувствовал колдовство Эдгара на себе, стала заложницей помешательства и сотворила ужасные вещи. Не могу выбросить это из головы.
Россо своеобразная, от нее исходит особая энергия. Иногда это всепоглощающая ненависть, заставляющая думать, что вот-вот тебе наступит конец. И тут же она сменяется отчаянием и болью. Ее предали, и не мне, не кому-либо еще неизвестно, что будет после ее возвращения.