Настойчивый стук в окно прервал мои размышления. Повернув голову, уставилась на плотные шторы, за которыми виднелась полоска закатного солнца. Сначала показалось, начался дождь, после пришлось обвинить настойчивую птицу, но с каждым разом любопытство становилось все сильнее. Пришлось вылезти из ванной, закутаться в полотенце и отодвинуть шторы. Но никого не было. Более того, моя комната располагалась на втором этаже, и я уже начала думать, что схожу с ума, до того момента, пока не опустила взгляд ниже.
Джошуа стоял за ограждением, махал мне рукой и, как только понял, что был замечен, ловко взобрался на забор покачиваясь. Я резко задернула штору и побежала в комнату. Крепко придерживая на груди полотенце, распахнула окно и чуть из него не вывалилась, смотря на незваного гостя широко распахнутыми глазами.
– Что ты здесь делаешь?! – Шепотом возмутилась я и заозиралась по сторонам. Если его кто-нибудь увидит, моей псевдосвободной жизни придет конец.
– Я волновался. – Спокойно ответил он, смотря на меня снизу вверх.
Совсем недалеко за соседним окном из гостиной, если захотеть, можно легко увидеть то, как балансировал Джошуа, стоя на прутьях забора. Я то и дело бросала обеспокоенный взгляд с него на острые пики, на которые он мог спокойно напороться. Безумец.
– Я жива, у меня все нормально. – Таким же громким шепотом ответила ему я и состроила недовольную гримасу. – Уходи, пока кто-нибудь…
– Хороший друг? – Голос Кайла прозвучал выше. Он стоял на балконе, сложив руки на балюстраде, и с кривой ухмылкой, смотрел на меня. Только брат не был большой проблемой. Пугали родители. Неизвестно, в каком настроении они пребывали сейчас. И Россо… – Почему просто не зайдешь? – Спросил брат, посмотрев на моего горе-друга.
– Не хочу пересечься с сестрой. – Откровенно ответил Джошуа, словно совсем недавно его колдунья-сестра не поднялась из могилы и мы все можем легко говорить о ее происхождении. Он перевел взгляд с Кайла на меня: – Надеюсь, завтра увидимся?
В этом вопросе не было ничего необычного. Это по-прежнему давно знакомый мне Джошуа, с которым нас связывало множество общих странностей. Я бесчисленное количество раз видела его нагим, в обличии монстра, даже успела дважды пострадать от его когтей. Мы делили постель, прятали тела убитых девушек и хранили секреты друг друга. Но этот его вопрос о том, приду ли я к нему завтра, заставил щеки загореться от смущения. А может, смутил вовсе не он, а Кайл, наблюдающий за нашим разговором.
– Я приду. – Ответила я неуверенно, хотя точно знала, что обязательно, едва подвернется возможность, пойду к нему.
Джошуа спрыгнул с забора и побрел к лесу, а я застыла висящей в окне и смотря ему вслед. Могла бы простоять там еще долго, если бы Кайл не заговорил:
– Дикарь. Но ты ему, кажется, очень нравишься.
Недовольно закатила глаза, нырнула в комнату и задернула штору, сбегая от глупых выводов брата. Ему неизвестно, каким преданным может быть Джошуа, когда дело касалось близкого человека. К тому же сейчас его волновала Россо. Он не скрывал своей к ней неприязни и страха за то, что она способна совершить.
Глава 21.2.
Бросив полотенце на кровать, прошла к шкафу и достала первое попавшее в руки платье. Легкая ткань не сковывала движений и мягко скользила по коже, практически не ощущаясь. Подойдя к зеркалу, взглянула на себя с осторожностью. Страх перед отражениями никуда не исчез, пусть Россо и покинула мое тело.
Я не знала ту, на кого смотрела. Или позабыла ее. Но Эвелин по другую сторону зеркала выглядела иначе, чем прежде. На щеках проступил румянец, глаза приобрели живой блеск, сменив пустой взгляд, а кожа выглядела не такой бледной. И чувствовалась она по-другому. Все это время казалась куклой, неспособной ни на что человеческое.
Неужели слова Эдгара о том, что он вернул меня, были правдивы? Но кто эта я? Та, что влюбилась в него, едва коснувшись? Та, кто убивала невинных девушек и жаждала заполучить его? Или та, что выбралась из колдовства и решила исправить свою неправильную жизнь? А может, она та самая, кто сбегала из дома, мечтала вырваться из клетки и помогала каждому, кто нуждался, чтобы заполучить горсть любви и почувствовать себя кому-то нужной.