От первой затяжки закружилась голова. Может бросить? Давно пора, да не хватает силы воли. Да и бросить едва ли получится – постоянная нервотрёпка –то по учёбе хвосты, то Светка капризничает, то родители жизни поучают. Надоело. Воронцов курил и размышлял. Что он делает со своей жизнью? Что он делает не так? Куда двигаться дальше? Здесь, в этой тишине, он впервые почувствовал, что в жизни что-то идет не так, что пора разобраться. Или всё так? Почему у него появились сомнения? Ведь у каждого свои трудности. Воронцов смотрел в черноту тайги, она отвечала ему молчанием.
— Вот и я не знаю.
Бросил бычок за забор и вернулся в дом. Быстро сбросил валенки, набрал в металлическую кружку воды и поставил на печку. Нужно выпить чаю и сон сам придёт.
Пока нагревалась вода, Воронцов рыскал в поисках сахара и чая. Как назло, из дому не взял, как-то не подумал. На полке обнаружил баночку, закрытую сверху бумажкой и перетянутую ниткой. Может это варенье? Нет, это мед. Отлично, мёд – это даже лучше! А вот чая нет нигде. Ну, ничего страшного, сейчас заварим травку Михалыча. Воронцов подумал, что старик не разозлится, если он возьму пару листов. Перенюхав почти все пучки, выбрал самый приятно пахнущий и оторвал две веточки с листьями.
Воронцов не прогадал – чай из них оказался вкусный, ароматный. Каждый глоток разливался теплом по телу, расслабляя и даря наслаждение. Допив замечательный напиток, он ещё раз вышел покурить перед сном. Надо будет попросить у Михалыча этой самой травки – буду дома пить. Бросив, бычок ближе к забору, Воронцов отправился спать. На этот раз уснул быстро.
Сон был тяжёлый, липкий. Вроде что-то снилось, что толком не понял. Страх, чувство паники и безысходности. Проснулся в холодном поту. Сел на кровати, огляделся вокруг. Ничего не изменилось – потрескивают дрова в печи, Костя спит, отвернувшись к окну. Фу-х, слава Богу. Воронцов снова лёг, натянул лёгкое покрывало и только приготовился уснуть, как показалось, что недалеко от него раздался звук, ни на что не похожий. Может это угли скачут в печке? Да, это просто угли. Но только положил голову на подушку, он тут же её поднял. Звук повторился, только это уже точно было не полено. Звук шёл с улицы. Вряд ли это был Михалыч, он бы не успел так быстро вернуться. Чёрт, а может Костя был прав и это беглые зеки? Вот уж, повезло, так повезло, съездили в деревню, называется. Минуты три стояла тишина, и, набравшись храбрости, или глупость дала о себе знать, Воронцов решил проверить, что же это было. Тихо крадучись, на цыпочках он приблизился к окну. Никого. Вздох облегчения сам вырвался из груди.
- Проверю ещё двор для успокоения и буду ложиться, - решил он.
К двери двигался уже более уверенным шагом. Дёрнул ручку. Дверь не поддалась. Почему? Ничего не понял, дёрнул ещё раз, посильнее. Опять ничего не вышло. Видимо, старая дверь немного съехала с петель, нужно просто сильнее потянуть. Упершись ногой в стену, Воронцов принялся изо всех сил тянуть ручку на себя.
«Только бы не оторвать!» - промелькнуло голове. В этот момент дверь поддалась, и Воронцов отшатнулся назад вместе с ней. Но стоило обрадоваться тому, что упорство принесло плоды, как дверь тут же сама захлопнулась обратно. Да что за чёрт! Тихо выругавшись, он снова взялся за ручку. На этот раз дверь открылась без труда. Воронцов выглянул из-за угла. Никого. Только тёмная и молчаливая тайга. И никаких зеков. Правду говорят, у страха глаза велики. Воронцов тихонько усмехнулся над самим собой.
Он уже собрался возвращаться в дом, как взгляд зацепился за что-то на земле. В темноте было плохо видно, поэтому пришлось подойти поближе, чтобы разглядеть, что же это. Но стоило приблизиться, как волосы на затылке зашевелились и всё внутри похолодело. Прямо у крыльца, ровной цепочкой шли медвежьи следы. Огромные, как два человеческих следа в длину и огромные когти, взрывшие землю. Развернувшись, он за доли секунды ворвался в дом, захлопнул дверь, выскочил из валенок и бросился под одеяло. Укутавшись с головой, он зажмурился и, даже не шевелясь, прислушивался к звукам снаружи. Сон пришел незаметно.