- Опять дерутся, - усмехнулся про себя Воронцов. Усевшись на лавочке, он откинулся назад, опершись спиной о стену дома.
Костя закурил и присел рядом.
- Ты как?
- Нормально, - сделав глубокую затяжку, он смахнул частицы пепла со штанины, - не нравится мне здесь. Когда дедушка умер, он тоже дома лежал, в соседней комнате. Прямо в гробу. Мне, мелкому пацану, тогда страшно было очень. Сейчас вроде не страшно, но всё равно не по себе.
Воронцов понимающе кивнул.
На тропинке показался Михалыч. Он шел тяжёлой поступью, нес на плечах набитый чем-то рюкзак.
Дойдя до парней, остановился и поставил ношу на землю.
- Здоров, хлопцы, - пожал он руку каждому, - пришли уже? Маришка в доме?
- В доме, - подтвердил Воронцов.
- Ну и я пойду тогда, - он потянулся за рюкзаком, но Костя его опередил.
- Давайте помогу, - попытался он подхватить рюкзак одной рукой, но даже не сдвинул его с места.
- Ну подсоби, коли жилы не порвёшь, - усмехнулся Михалыч, да только не весело у него получилось.
Костя взялся за рюкзак двумя руками и, натужно прокряхтев, смог поднять.
- Пойдем, - Михалыч прошел вперед и открыл дверь, пропуская Костю.
Тот, с красным от натуги лицом и полусогнутых ногах, прошел в сети.
Михалыч глянул на него исподлобья, покачал головой и вошел следом, закрыв за собой дверь.
Лёгкая полуулыбка коснулась губ Воронцова. Интересно, сколько Михалычу лет? На вид он кажется дряхлым стариком, но крепость в его теле удивляла. Вот она, жизнь деревенская. Это в городе за тебя все машины делают, а тут и дров наруби, воды из колодца натаскай, всюду силы прикладывать надо. Вот и живут в здоровом теле до глубокой старости.
Громкий крик Кости, полный отчаяния, раздался из дома. Воронцов подскочил.
Из распахнувшейся двери практически выпал его друг, вереща во всю глотку. Следом за ним выскочила чёрная кошка. Припав к земле, она прижала уши к голове и громко шипела, делая выпады когтистой лапой в сторону насмерть перепуганного мужчины. Пару секунд потребовалось Воронцову, чтобы понять, что происходит. Из дома выскочила Маришка. Она попыталась поднять кошку на руки, но та, извиваясь всем телом, выскальзывала и бросалась на Костю.
Наконец Костя подскочил на ноги и всё ещё крича, умчался в глубину леса. Проводив его взглядом, Воронцов не смог сдвинуться с места, чтобы догнать друга.
- Да что случилось! – обратился он к Маришке, даже слишком громко.
Та лишь развела руками.
Вертяк не переставал шипеть, выхаживал по кругу, не сводя глаз с того места леса, куда убежал Костя. Вся шерсть по его спине стояла дыбом от головы до самого хвоста.
- Эй, эй, успокойся, ты чего? – Воронцов попытался его погладить, но кошка увернулась от его рук.
- Да что случилось-то?
- Ты хоть знаешь, кто это? – злобно шипело животное, - сука это! Это ж он меня тогда в стену кинул! Падла! Это они тогда залезли в дом, все кругом побили и меня чуть не убили. Он что, думал я его не помню? А я всё помню, все!
Животное нервно забило хвостом по земле.
Маришка всплеснула руками.
- Да как же это так? Правда он?
Воронцов, хоть и не участвовал в том бесилове, почувствовал прилив стыда.
- Да, - нервно сглотнул мужчина, — он тогда был там. Он, собственно, за этим и приехал. Стыдно ему было все эти годы, переживал очень, вот и приехал прощения попросить.
Почему-то ему было очень стыдно поднять глаза и посмотреть на Маришку.
- Ну ты то тут ни при чем, - под успокоившийся зверёк сел у его ног, - а я чуть не помер тогда. Хозяйка меня только и выходила. Если бы не она, издох бы прямо там, на полу.
- Ну всё, - подняла Маришка кошку на руки, - хватит, успокаивайся. Столько воды уж утекло, чего обиду на сердце держать. Он ведь молодой был, глупый.
- Не надо меня уговаривать, имею полное право обижаться, - уже спокойнее проговорил зверёк, — вот откушу ему голову во сне, тогда и прощу.
- Имеешь, имеешь, - нежно прижав животное к груди, Маришка поглаживала его по спинке, - конечно, имеешь. Молочка налить тебе? Хочешь?
- Хочу
- Пойдем.
Как же это Воронцов сам не сложил два и два в голове? Ведь историю про покалеченную кошку знал. И про то, что Вертяк и есть та самая кошка – тоже. А все равно не догадался. Его голова настолько забита происходящим, что он совсем забыл поговорить с Вертяком и хоть попытаться объяснить горделивому существу, зачем приехал Костя. М-да, забыл. Забыл…
Что-то шевельнулось рябью в его голове. Что-то ещё он тоже забыл. Догадка блеснула в голове и Воронцов хлопнул себя по лбу.
Каждый день он напоминал себе, что нужно позвонить Светлане! Она, бедная, наверное, места себе не находит от переживаний. Он же ей обещал, как он мог забыть!