Бежал, пока не глянули на него из-за тына розоватые кусты сирени. «Ух ты! Красивые какие… — остановился Володя. — Вот бы такие нашей учительнице… Она любит цветы, а ей их только по праздникам дарят. Пусть удивится: ни с того ни с сего — сирень. От кого бы это?..»
Голова и руки работали дружно. И спустя минуту Володя уже петлял узенькой улочкой, крепко сжимая в руке букет, а за ним гналась чёрная кривоногая собачонка и летели вдогонку вопли какой-то тётки. Вопли неслись долго, а собачонка скоро отстала. Потому что какая собака не знает, что весной у каждого мальчишки, который помогает родителям на огороде, остаётся в кармане увесистая картошина? А если случайно её нет, то разве трудно нагнуться за комком земли?..
Примчался в школу чуть ли не самый первый. Не долго думая схватил одну из кружек у бачка, налил туда воды, поставил в неё сирень и — на учительский стол. А одну ветку, помешкав, спрятал в свою парту.
«Хватит им и одной кружки, — подумал он про ребят. — Если только селёдки наедятся… Тогда, конечно, придётся им в очереди постоять, чтобы напиться. Но вроде бы на днях не завозили селёдку в магазин».
Тут прибежали ребята с мячом. И Володя вспомнил, что первый урок у него украинский язык, только когда уже после игры вскочил в класс.
Сел за парту, глянул искоса на Соню. Глаза сердитые, но, видно, больше уроками озабочена, вон как припала к учебнику. «Ну, ничего! Когда после уроков заглянешь в свой портфель, всю твою злость на меня как рукой снимет», — мысленно пообещал ей Володя.
А сам он порывисто открыл учебник, прочитал правило, потом зажмурился, чтобы в уме повторить. А перед глазами… мяч и ворота. «Вот дурачок! Обрадовался, что в футбол приняли играть. После него ведь только голы мерещатся».
Учительница вошла в класс со стопкой тетрадей, и у Володи немного отлегло от сердца.
Наверное, диктант будет.
Учительница склонилась к букету.
— Как хорошо пахнет! Кто же это принёс? — с благодарностью взглянула она на класс.
Володе почему-то неудобно было признаться, и он только беспокойно заёрзал на месте.
— А-а, это ты, Степаненко, — кивнула ему учительница. И вдруг хитро прищурилась: — А жаловаться никто не прибежит?
— Кто его знает, — простодушно ответил Володя.
Учительница внимательно посмотрела на него, вздохнула, но ничего не сказала и переставила цветы на подоконник.
Диктант, к сожалению, был на правило, которое Володя не успел выудить до прихода Марии Филипповны. На свой страх и риск он написал два предложения и повернул голову направо.
— Иван, — просительно зашептал он соседу, — дай глянуть…
— Ишь какой нашёлся! — обиженно прошептал Иван.
— Да нет… это я так. — Сбитый с толку Володя вобрал голову в плечи.
— Не приучайся жить за чужой счёт, — отозвался сосед и уткнулся в свою тетрадку: учительница диктовала новое предложение.
И Володе пришлось ловить на слух. Хорошо, что Мария Филипповна говорила чётко, раздельно. Ага, тут чуть-чуть задержалась — запятая, видно. А вот остановилась, будто собралась канаву перепрыгнуть, — либо двоеточие, либо тире.
Иван Турчак — отличник. Он суров и неуступчив. Но сегодня и он не мог спокойно смотреть, как беспомощно барахтается в беде его товарищ.
— Ну, ладно, давай гляну, что у тебя там, — сказал он, когда учительница кончила диктовать.
— Глянь! — обрадовался Володя. Он уж и ручку приготовил, чтобы исправлять проклятые ошибки.
Но Иван не собирался тыкать пальцем в них. Просмотрев диктант, он коротко бросил:
— Пять ошибок.
— А где, где?
— Ищи сам.
Володя на всякий случай жалобно скривился, умоляюще взглянул на товарища. Но поняв, что Иван неумолим, уткнулся в тетрадь, почти касаясь носом букв. Вряд ли тут помог Володе нос, однако три ошибки были выловлены.
— Знаешь, если б раньше времени не позвонили, все бы до одной выклевал, — хвастал он Ивану на перемене. — И получил бы пятёрку. А что? Наша Мария Филипповна такая: заслужил — получай. Справедливая!
— Ну, до пятёрок тебе ещё далеко, — усмехнулся товарищ. — Для этого нужно правила учить.
— Это точно, — поскрёб Володя колючий затылок. — Когда только на слух ловишь — немного поймаешь.
— Ты на слух меньше надейся, чаще в книжку заглядывай, — не все пишется, как слышится, — сказал Иван.
— Да если бы не Сонька!!! И угораздило же её в яму к этим жабам! — сокрушённо покачал головой Володя.
— Какие ямы, какие жабы? — вытаращился Иван.
Володя нерешительно посмотрел на него — рассказать или нет? Хотелось поделиться. Но времени маловато. Разве за какие-то пять минут все выложишь?