- Она спит сейчас?! - У меня сердце тоже колотится и я лишь сейчас понимаю, что практически не дышала.
- Спит. А я ... в общем ... мне почему-то стало ровно на неё. Стыдно, но это так. Нет, я буду продолжать о ней заботиться ... Но ... как бы это сказать ... чёрт! Тонь, ты только меня сейчас выслушай и правильно пойми, хорошо?! Какую бы дичь я не нёс.
- Хорошо. Я тебя внимательно слушаю. И всё пойму. - Ровно и относительно спокойно говорю, но губы почему-то трясутся.
- Тут такое дело ... - Алекс замолкает, мучительно подбирая слова, а потом выпаливает, - Я после её слов начал анализировать мою жизнь. И понял ... Тоня, заранее предупреждаю - я нормальный мужик! Но ... я почти уверен в том, что я для Алины ... мммм ...
- Ты понял что - что?! Ты для Алины не брат?! Она в тебе видит мужчину и потихоньку старается подвести к отношениям?! - Подсказываю ему , а у самой на душе "кошки скребут".
- Да. Именно так. Но я даже в мыслях ...! И я попросил врача взять кровь у неё и меня на предмет родственных связей. Как-то это всё ... нехорошо пахнет. Ведь я завещание написал. В котором ты и она - мои наследники. И теперь думаю, что зря ей об этом сказал. Надо уже сегодня пойти к нотариусу и вычеркнуть ей из завещания. Хммм ... кто-то в дверь звонит!
- Алекс! - Ору я, позабыв, что могу испугать детей, - Не открывай дверь!
- Успокойся, мой Лучик! - Бывший блаженно улыбается, - Я ж не идиот! Посмотрю - кто там. Почему-то мне кажется, что я увижу твоих знакомых.
Он исчезает из поля видимости, но уже через несколько секунд ,снова появляется.
- Не поверишь ... там мой отчим и папашка Алины! И с ним ещё двое. Похоже , это адвокат и силовая поддержка. И уверен, что они тут не для того, чтобы мне всего хорошего пожелать!
- Я звоню Веронике и Виктору! У меня такое чувство, что они и вправду хотят у тебя всё отжать.
Алекс молчит, только в глазах бушует ураган. И я малодушно-эгоистично хочу снова оказаться в самом центре этого торнадо.
Заставляю нажать "отбой". И лихорадочно звоню соседке-Спасительнице:
- Ника, из-за меня и у бывшего проблема. Прямо сейчас к нему ломятся отчим с силовой поддержкой. Что делать? - Вываливаю я всё сразу.
Удивительная женщина лишь поднимает тонкую, "не модную" бровь и, проанализировав ситуацию, решает:
- Он не ответил же им?! Пусть считают, что его нет дома. Мы освободимся и потом подойдём к нему. Его адрес скинь мне.
- Уже! - Я быстро набиваю адрес. - Что с Петенькой?!
- Он молодец! - Глаза Вероники наполняются тёплым светом, - Но Витя с ним сейчас по-мужски говорит. Парень плохо проанализировал обстановку.
- А что с Юлей?!
- А там всё скверно. - Ника морщится, как от зубной боли. - Её муженёк в своей конторе, типа в отпуске. Его "Джет" пересёк границу и сейчас находится в Польше. Если её увезли туда ... ты ж понимаешь ... сейчас такая обстановка, что поляки будут только рады нам нагадить! - Женщина скрипит зубами в бессильной ярости.
- Что-то можно сделать ... или ...? - Мне сейчас так страшно за светлую юную женщину, что все свои проблемы отходят на второй план.
- Мы предполагаем, что твой снюхался с Демидом. И Виктор предлагает пойти на сепаратный договор с твоим Игорем. Это - единственная ниточка, по которой мы сможем найти её.
- То есть ... вы меня как бы сдаёте ему ... а он взамен помогает найти место, где держат Юлю?! - Осипшим голосом спрашиваю я.
- В общих чертах - да. Но ты же понимаешь, что тебя никто не отдаст!
- Ерунда ... - Я морщусь, на миг представив, что снова окажусь в лапах Игорёши. Но одно дело я. Много повидавшая, много рожавшая женщина. И совсем иное - хрупкая Юля.
17. Глава семнадцатая
- Спасибо, Тоня, что понимаешь и не отказываешься помочь. - Мне кажется, или я вижу слёзы благодарности в глазах Вероники?!
Из-за её спины слышу ровный голос Виктора:
- Никуш, ты сейчас не права. Сначала объясни Антонине все опасности, которые могут быть! Я настаиваю! Нельзя неподготовленного человека совать в бандитское гнездо! Люди этим всю жизнь занимаются, и всё равно палятся! А тут только родившая женщина!
- Виктор, я понимаю всю опасность! - Пищу я, но голос срывается от страха.
- Нет! Не понимаешь! - Он втискивается в кресло , рядом с женой, - Не понимаешь!
Чёрные глаза смотрят на меня, как на капризного ребёнка и в из глубине я вижу застарелую боль:
- Мой друг был "под прикрытием"! Он четверть века оттарабанил таким образом. И неизвестно на чём "прокололся"! Мы его пять лет искали. Уже после того, как эту группировку взяли. И ни один из них ничего не сказал о нём. Так вот. Мы нашли расчленёнку. А потом ... в общем, я "наломал тогда дров". Едва от суда "отмазали". Но я выбил правду. Моему другу отрезали голову когда он был ЖИВЫМ! Я не смогу тебя на это подписать! Но поманить тобой Игоря - вполне возможно. Он ещё не стал окончательным отморозком. Есть шанс, что дело "выгорит". А он потом "паровозом" потянет и Демида.