И внезапно ведро – раз! – и оторвалось от земли! Ну и что теперь?
Поэкспериментировать с новообретенным даром Элдвин так и не успел: Паксахара метнула в ведро лиловый сгусток. Миг – и ведра не стало. Но хотя первая сознательная попытка Элдвина оборвалась почти сразу, этого все же хватило на то, чтобы отвлечь Паксахару. Зайчиха отпустила Гилберта. Лягух шлепнулся на пол, хватаясь за горло и судорожно глотая воздух.
– Ах так, котик? Значит, магией ты все-таки владеешь? – прорычала Паксахара. – Мне очень жаль, но пользоваться ею ты уже не научишься!
Зайчиха сощурила красные глазки, готовясь к очередному заклинанию. И тут послышались три негромких хлопка: защитные пузыри Кальстаффа лопнули! Джек, Марианна и Далтон остались стоять прикованными к стене, совершенно беззащитные перед злой магией Паксахары!
– Все! Теперь-то мне ничто не помешает! – воскликнула Паксахара.
И из ее лап вылетело белое сияющее копье, нацеленное прямо в грудь Джеку! Элдвин только и мог, что в ужасе наблюдать, как копье поразило его верного, – но вместо того, чтобы прожечь его насквозь, оно отскочило и полетело назад в Паксахару! Зайчиху отбросило к стене, ее серый мех вспыхнул и задымился.
Поначалу Элдвин не мог понять, что же случилось. Но тут он увидел, что Скайлар оправилась от атаки Паксахары и с трудом держит в воздухе трясущееся крыло. Стоило сойке опустить крыло, как пузыри возникли снова. И Элдвин сообразил, что Скайлар навела обманчивую иллюзию, сделав вид, будто защита исчезла, хотя на самом деле она никуда не делась. У Элдвина чуть сердце не разорвалось от ужаса, однако трюк сработал: это был первый успешный удар, который они нанесли врагу!
Но Паксахара сдаваться не собиралась. Зайчиха поднялась злее прежнего.
– Молодцы, конечно! – воскликнула Паксахара. – Но иллюзии вас не спасут!
– Прошу вас, не надо! – взмолился Элдвин. Краем глаза он увидел, как Гилберт вытащил из футляра с золотой крышечкой Марианнин карманный свиток, который подобрал на лестнице. Похоже, он пытался найти какое-то заклинание… – Я уверен, королева Лоранелла сумеет найти для вас место в Совете! – тараторил кот, заговаривая зубы зайчихе. – Вы только представьте себе: животное и человек будут работать бок о бок, плечом к плечу! Это станет началом новой Огромии!
– В новой Огромии, как я ее себе представляю, не будет места двуногим! – заявила Паксахара.
И тут Гилберт торжествующе выкрикнул:
– Конвульсаре минимозус!
Паксахара только головой тряхнула.
– И для чего же служит это могущественное за… ик!.. линание? – осведомилась зайчиха и прижала лапу к груди.
– Икота? – спросил Элдвин, не веря собственным глазам и ушам. – Ты наслал на нее икоту? И ради этого я ей зубы заговаривал?
– Ну, либо икота, либо рыгота, – развел лапами Гилберт. – В этом свитке сплошные шалости и проказы!
– Какие же вы ни… ик!.. никчемные твари! – фыркнула Паксахара. Она на секунду задержала дыхание, потом выдохнула – и наговор развеялся так же быстро, как был наложен. – Так, на чем я остановилась?
И тут позади раздался звук, похожий на шум ветра: солнце наконец село, и пузыри, что защищали юных волшебников, развеялись, на этот раз – на самом деле.
– Ну наконец-то! – произнесла Паксахара. – Отойдите, не мешайтесь! За это я обещаю, что убью ваших верных быстро и безболезненно.
Элдвин уставился было на стенку с приспособлениями для дрессировки, но никак не мог сосредоточиться. В голове крутилось слишком много мыслей сразу.
– Три раза это повторю, – продекламировала Паксахара, – и одного я уморю!
Она устремила равнодушный, холодный взгляд на Далтона:
– Чахни и сохни!
Элдвин зажмурился, пытаясь снять со стены бич. Ремень из бурой кожи приподнялся было в воздух, но огненный шар, который Паксахара выпустила из свободной лапы, мигом его испепелил.
– Чахни и сохни! – повторила она во второй раз.
Осталось всего одно заклинание! Надо ее остановить, пока она не договорила эти три слова.
– Чахни…
Элдвин сосредоточился на двух мечах, лежащих на настенной подставке. Он напрягся изо всех сил – и мечи задребезжали.
– …и… – продолжала Паксахара.
Мечи слетели со стены и зависли в воздухе. Но тут Элдвина сбило с ног электрическим разрядом. Паксахара метнула еще одну молнию, нарушив его сосредоточенность. Оружие с лязгом рухнуло на пол.
– …сохни! – торжествующе договорила Паксахара.
Из ее лапы вырвалась багровая струйка, которая рассекла воздух, устремившись прямо в сердце Далтона. Распростертый на полу Элдвин вскинул голову – и увидел, как Скайлар вспорхнула, лихорадочно молотя сломанным крылом, и перехватила смертельную атаку. Заклинание Паксахары угодило прямо в голубую сойку и сбило ее на лету. Далтон раскрыл рот в крике, но по-прежнему не мог издать ни звука. Заклинание молчания все еще действовало. У Элдвина сжалось сердце. Гилберт, похоже, оцепенел от ужаса.