- Не могу привыкнуть, - держа левую руку Джерри, говорил пожилой, серебристо, благородно седой дизайнер, он же фэшн-фотограф, - что у тебя больше нет шрамов. Почему ты решил их свести?
- Они были полезны для работы, но не в повседневной жизни. По их поводу я никогда не испытывал комплексов, но всегда хотел свести. Каждому хочется иметь тело без изъянов.
- Понимаю, - кивнул мужчина, выказывая уважение к выбору Джерри. – Но они были большой изюминкой.
- Изюминкой мои шрамы были, когда я стал моделью, а в детстве мне из-за них постоянно прилетало, - улыбнулся Джерри.
- Неужели тебя били? – ужаснулся дизайнер, тем не менее прекрасно понимая, что подобное происходит постоянно.
- Из-за них меня обзывали, задирали, а за то, что я не реагировал или наоборот достойно отвечал, не давая себя в обиду, били. Увы, я всегда был худым и слабым, а их было много.
Дизайнер осуждающе покачал головой из стороны в сторону, сказал:
- Дети жестоки. Всё зависит от воспитания, но большинство родителей не справляются с задачей взращивания доброго, сострадательного человека.
Джерри согласно кивнул. Дизайнер выдержал недолгую паузу и обратился к нему:
- Не подумай дурного, но я всегда хотел потрогать твои рубцы. К сожалению, теперь никогда не узнаю, какие они на ощупь.
- Почему не потрогал? – удивлённо спросил Джерри.
Не каждый дизайнер может потрогать моделей, но для фотографа это совершенно нормально, а с Карлом Джерри отработал не одну съёмку, он мог даже не спрашивать, а «случайно» ощупать.
Дизайнер покачал головой:
- Не хотел тебя смущать. Модели не куски мяса и заслуживают уважения к личным границам не меньше прочих людей.
- Твоим моделям везёт, - улыбнулся ему Джерри и участливо задал вопрос: - Как твоя осенняя коллекция? Был уже показ? Извини, в последнее время я не слежу за модными новостями, было сложное лето.
- Премьера состоялась. Всё прошло прекрасно.
Самолёт летел по стремительно темнеющему небу, напитывающемуся чернильным цветом, местами ещё расчёркнутому узкими полосами красного и малинового закатного огня. Шулейман приговорил второй бокал коньяка и дал себе зарок не пить больше, чтобы не поломать Джерри шею. Если будет бить его, то надо бить так, чтобы не до инвалидности.
Долго. Казалось, что самолёт летит очень медленно, вообще не двигается по небу, что одинаково за иллюминаторами. Сверхзвуковой истребитель себе, что ли, прикупить, чтобы за считанные минуты добираться в пункт назначения? Том наверняка будет под большущим впечатлением от полётов на такой «ласточке». Оскар улыбнулся мысли о том, как Том будет визжать и хвататься за него и за кресло во время прохождения самолётом фигур высшего пилотажа, исполнить парочку которых он непременно попросит пилота. Но неизвестно, когда это будет, когда снова смогут жить счастливо и спокойно, без третьего лишнего и без внутренних Томиных терзаний, и будет ли вообще.
Решено – когда Том вылечится, купит истребитель. Вот просто чтобы был, и чтобы Тому были острые ощущения. Средняя цена за «птичку» всего лишь тридцать миллионов. А пока – надо добраться до гадины.
С тоской Шулейман вспоминал о том, как Том всегда оставался там, где его посадишь… Его хороший, добрый, милый мальчик. Взрывной, но не способный на зло. Преданный как щенок, требующий внимания и ласки. Мягкий котёнок.
Среди прочих гостей вечеринки из модельного прошлого была и Бо Аксель, преданная, безнадёжно влюблённая бывшая личная помощница, согласная быть для Джерри всем, чем он только пожелает. Конечно же, Джерри знал, что у неё при виде его слабеют колени, но всегда умело делал вид, что ничего не видит, чтобы не обижать удобную девочку отказом. Судя по взглядам её, мнущейся в сторонке, ничего не изменилось. Потому Джерри и выбрал её для приятного и полезного времяпрепровождения под шум гуляния тайком от остальных гостей.
Какую-то другую, более эффектную женщину, какими были все остальные, пришлось бы убалтывать, тратить время, и не факт, что не отказала бы в итоге. Посему Джерри предпочёл беспроигрышный вариант попроще. Бо, конечно, совсем не красавица, но и не страшная настолько, чтобы ничего не получилось. Да и выглядеть она стала лучше, прибавила килограмм пять навскидку, что пошло ей только на пользу, убрала жиденькие невнятного цвета волосы в аккуратный гладкий хвост и сутулиться перестала. Бабушкины очки остались на прежнем месте, но эта деталь была не столь принципиально отталкивающей. Тело у Бо нормальное, сойдёт, а для секса только оно и важно. Джерри просто хотелось потрахаться. Он даже думал соблазнить своего старшего друга Карлоса, но отказался от этой идеи, потому что, во-первых, секс всё-таки портит дружбу, а ему не хотелось, чтобы их товарищеские отношения изменились в худшую сторону и тем более прекратились; во-вторых, Том очень опечалится, если узнает, что Карлос, которого так отводил от измены, всё же отступил от верности – с ним.