Вы ненавидите меня - до боли,
И это весело вдвойне.
И это весело вдвойне.
Канцлер Ги, Вы ненавидите меня так страстно©
- Ты куда?
- Спать, - ответил Джерри, обернувшись на подступах к выходу из спальни.
- Том спит со мной.
- Поздравляю. Но я – не Том, и спать с тобой я не собираюсь.
- Ты будешь спать со мной, - сказал Шулейман, уже устроившийся в кровати и не собирающийся отказываться от своего объективно несколько нелепого требования.
- С какой стати?
- Потому что Том всегда спит со мной, - повторил Оскар, - и ты будешь.
- Нет. Воспринимай нас как братьев-близнецов: с Томом ты состоишь в браке, а ко мне не имеешь никакого отношения.
- Раз я не имею к тебе отношения, то освободи тело, которое принадлежит мне.
- Кажется, я начинаю понимать, в чём заключается проблема, - проговорил Джерри, сложив руки на груди. – Том – не твоя собственность. А я тем более.
- Лучше ляг сам, всё равно ведь так или иначе ляжешь.
- Не очень убедительно. Попробуй ещё раз.
- На кой чёрт ты распинаешься, если в итоге сделаешь так, как сказал я?
- Шулейман, будь гибче, - скучающе произнёс Джерри. – Фразы, которые ты используешь с Томом, со мной не работают.
- Опыт подсказывает, что работают, - сказал Оскар, намекая на то, что в прошлом Джерри не раз прогибался под него.
- Может, мне сразу раздеться и сесть на тебя верхом? – выгнул бровь Джерри.
- А ты без секса не согласен? – задал Шулейман в ответ не менее провокационный вопрос.
- Я никак не согласен, - легко нашёл ответ Джерри. – Но я пытаюсь понять причину твоего странного желания.
- Причину я уже называл: я всегда сплю с Томом – и я хочу спать с Томом.
- Никогда не думал, что мне будет тебя жалко, - проговорил Джерри и изломил брови жалостно и потому оскорбительно. – Так сильно тоскуешь по Тому, что хочешь при помощи меня под боком себя обмануть и компенсировать его нехватку?
- У тебя не получится меня смутить, - ответил Шулейман со снисхождением, не спешившись от неудобного предположения, кричащего о жёсткой зависимости и продиктованной ею слабости.
- Значит, я попал в точку? – поинтересовался Джерри, вновь поведя бровью.
Оскар не ответил, перед собой он частично, совершенно не в полной мере признал, что в крайней степени зависим от присутствия Тома, но не хватало ещё признавать это вслух перед Джерри. Вместо этого откинул край одеяла и хлопнул ладонью по свободной стороне кровати:
- Ложись.
Джерри подошёл, забрался на кровать и интимно близко приблизился к лицу Шулеймана, говоря приглушённым голосом:
- Не могу тебе отказать, раз ты так страдаешь.
- Я же говорил, что ты уступишь, - с лёгкой усмешкой сказал Оскар, вновь не дрогнув – ни от слов, ни от близости, напоившей дыхание тёплым, будто бы молочным запахом кожи, смешанным с остаточными свежими нотами шампуня.
- Но уступаю я из жалости, - напомнил Джерри, отстранившись.
- Из жалости? Что-то раскис ты, бравая беспощадная крыса, - уничижительно усмехнулся Шулейман.
- Не я один, - вкупе с выразительным взглядом повёл бровями Джерри.
Встав на колени, он снял майку, после чего занялся домашними спортивными штанами. Пока не видел необходимости покупать одежду по своему вкусу, потому довольствовался удручающим гардеробом Тома.
- Держи руки и прочие части тела при себе, - сказал Джерри и накрылся одеялом по пояс.
- Даже обнять нельзя? – ухмыльнулся Оскар, иронично изобразив досаду.
- И в этом тоже я не могу тебе отказать, - елейно ответил Джерри.
Шулейману так и захотелось вмазать ладонью по этой едкой самодовольной мордашке – не по щеке, а плашмя по лицу, чтобы сбить с него спесь. Но он не последовал заведшемуся желанию, оно было не столь острым, чтобы руки сработали быстрее мозга.
- Какой же ты клоун, - покачал головой Оскар.
Джерри усмехнулся уголком рта и погасил свет, опустился на подушку.
- Ничего не ответишь? – поинтересовался Шулейман в темноте, к которой глаза не успели привыкнуть, потому ничего не видели.