…
Сорока минутами ранее.
Проснувшись, Джерри сладко зевнул, потянулся, разминая затёкшие за время сна, за время невероятно долгого сна, что ещё не осознал, мышцы. Открыл глаза, увидев вокруг себя спальню Шулеймана, и ленная сонливость вмиг покинула тело и пушечным ядром вылетела из головы. Почему, чёрт побери, он это видит?!
Сев на постели, Джерри оглядывался по сторонам. Сомнений быть не могло – он знал это место, эту квартиру, которая простирается за закрытой сейчас дверью. И он – проснулся. Как? Данный вопрос стремительно циркулировал в голове от виска к виску, как и его более грубая вариация «какого чёрта происходит?». Произошло. Немыслимо, уму непостижимо… Два с половиной года назад его неимоверными многолетними усилиями свершилось объединение, полтора года назад слияние завершилось. Но – вот он снова жив, отдельный и мыслящий.
Впервые в жизни Джерри хотелось ущипнуть себя, чтобы проснуться - или чтобы убедиться, что не спит. Но это не имело смысла, так как раз он мыслит, ощущает и наблюдает окружающую реальность, значит, априори не спит, существует. А если спит, значит, всё равно существует, и после настоящего пробуждения ничего не изменится, не изменится главное – факт его возвращения.
Для чистоты эксперимента Джерри всё-таки ущипнул себя за предплечье, несильно, чтобы не поставить синяк. Вызванная боль была более чем реальна. Чего и ожидал, пустые надежды на лучшее и на чудо всегда были не про него. Джерри опустил руки на одеяло и вновь обвёл спальню взглядом, привыкая к новой реальности. Давненько он не был живым. И, уходя, не думал, что когда-нибудь будет вновь. Что просто будет, принёс свою жертву.
Кто бы мог подумать, что в новой жизни с Шулейманом, от которого в прошлом пытался избавиться всеми правдами и неправдами, он будет связан узами брака. Ирония жизни фонтанирует через край!
Хотелось курить. Но крепкие и вонючие сигареты Шулеймана, лежащие на прикроватной тумбочке, отвращали даже в состоянии никотиновой ломки. Да и не время сейчас утолять никотиновый голод, есть задачи куда более важные, первостепенные.
Перебрав пальцами по одеялу, Джерри откинул его и поднялся с кровати. Пол под босыми ступнями дарил ощущение приятной прохладной тверди; солнце за окнами посылало через стекло яркие белые лучи. Не вступая в противоречие с лёгким чувством нереальности происходящего, память пропущенных лет, как это всегда бывало, пронеслась в голове сверхускоренной съёмкой, заполняя свою нишу, показала наиболее значимые моменты, свершившиеся в его отсутствие. Обретение Томом друга; воспоминание об убийстве Паскаля; знаковый день первое ноября, когда завершилось слияние, и Тому открылась вся память, все знания; измены; свадьба; медовый месяц… Да, немало произошло без него.
Всегда бывало, что Том пропускал годы, а его, Джерри, существование, было более плавным. Но Джерри не переживал по поводу того, что в этот раз случилось иначе, в отличие от Тома, который жизнь и взросление без своего непосредственного участия видел концом света, Джерри воспринимал скачок в будущее на три года и четыре месяца вполне позитивно. Это было приятно – проснуться повзрослевшим, взрослым мужчиной, которому через два месяца двадцать шесть, в то время как засыпал молоденьким двадцатидвухлетним парнем. В некотором смысле это воодушевляло и придавало сил – то, что в настоящем ты ещё сильнее, чем в прошлом.
Первым, вторым, десятым порывом в пока ещё неспокойном сознании было поступить привычным, отлаженным образом: уйти по-английски и как крыса затеряться в большом городе, а потом за его пределами, чтобы никто не нашёл, не узнал, не помешал. Но Джерри попридержал себя и задумался над тем, кем ему поступить сейчас. Ситуация изменилась в корне, и логичнее было не бежать от Шулеймана, а заручиться его поддержкой.
Сзади было липко, и в промежности дискомфортно тянуло. Тому виной беспощадная страсть Тома и Оскара, не смогли они в первый день дома не трахаться до глубокой ночи и до изнеможения, и ни один не подумал, что после долгого перерыва тело Тома не стоит так нагружать, об этом в первую очередь не думал сам Том. Прежде чем пойти к Шулейману, Джерри решил заглянуть в душ и отмыться от засохшей спермы и смазки.