- Ого, - произнёс Шулейман. – Нормально, что мне это кажется возбуждающим?
- Перспектива получить удар в пах? Ничего нормального в этом нет.
Постфактум Шулейман не понял, почему сказал, что его в Джерри что-то возбуждает – это ведь вовсе не так, но отложил размышления на потом. Наклонился, чтобы сдёрнуть с Джерри штаны, но босая ступня предупредительно надавила между ног.
- Похоже, мы оказались в патовой ситуации, - сказал Оскар, оставаясь в согнутой позе и не отпуская штанов Джерри. – Ты не отступишь, и я тоже не отступлю.
- Ничуть, - не согласился с ним Джерри, у которого уже руки начинали ныть от того, что перестоял в позе, и рукам доставалось больше нагрузки, чем предполагала техника. – Ты можешь сдаться.
Оскар сделал вид, что задумался, что не имело смысла, поскольку Джерри не видел его лица, и ответил:
- Нет.
Почувствовав движение ткани, Джерри перевернулся, прежде чем остался без штанов. Рывком поднялся на руках и одной ноге и, согнув вторую ногу наподобие крюка, сбоку ударил Шулеймана. Стремительно оседлал сверженного на пол дока и замахнулся для контрольного удара, но остановил кулак на полпути к его лицу.
- Я люблю быть сверху, - сказал Джерри, разжав пальцы, и опустил руку.
- Мог бы просто сказать, что хочешь, и не устраивать это всё, - ответил Оскар, оставаясь удивительно спокойным и не растерявшим самомнение для человека, которого уложили на лопатки.
- Если я захочу, то точно не обращусь к тебе, - Джерри встал над ним.
Шулейман позволил ему перешагнуть себя и вероломно схватил за ногу, дёрнул. Как цапля подпрыгнув на одной ноге, Джерри взмахнул руками, но не удержал равновесие, сверзился на пол, в неудачном приземлении отбив локоть и правые рёбра. Зашипел и зло обернулся к доку:
- Тебе доставляет удовольствие причинять мне боль?
- Ты тоже не нежно меня уложил на этот же твёрдый пол, - Оскар сел, вытянув одну ногу, и упёрся ладонью в колено второй.
- Не заметил, чтобы тебе было больно, - Джерри также сел.
Никто не победил, не на это он рассчитывал. Подслащало проигрыш лишь то, что оба оказались на полу.
- Я не виноват, что костями падать больнее, - ответил Шулейман.
Джерри встал, подтянул немного съехавшие усилиями дока штаны и подобрал замолчавший телефон, обернулся к Шулейману:
- Надеюсь, ты не будешь устраивать нечто подобное каждый раз, когда я буду заниматься?
- Не трать на это время, ты отвлекаешься от основной задачи: как исправить причину раскола и вернуть Тома?
- Я думаю, - кивнул Джерри.
- Что-то незаметно, - хмыкнул Шулейман с пола.
- В прошлый раз путь от первого появления до слияния занял у меня девять лет. Не торопись.
- Надеюсь, это не намёк? – сощурился Оскар. - Я не хочу прожить с тобой десять лет!
- Я тоже предпочёл бы проводить свою жизнь не с тобой, но – как есть. «В болезни и в здравии», Шулейман, не забывай. Пройдёшь ли ты проверку? – Джерри повёл бровью, наградив дока многозначительным испытывающим взглядом.
- С тобой я точно не буду разводиться, - сказал Оскар. – Ты и без ресурсов дела воротил, а с большими возможностями уподобишься злому гению. Мне страшно за страну.
- Бери выше, бойся за мир, - улыбнулся Джерри и без перехода заговорил: - Раз мы затронули эту тему, скажи: в брачном контракте ведь никак не оговорено моё появление? И – что о нашей ситуации говорит Кодекс о браке и семье? Я не силён в этой области юриспруденции.
Судя по хмурому взгляду Шулеймана, ответ на первый вопрос был отрицательным, что Джерри и без него знал, а на второй вопрос ответа он также не знал – или знал, и ответ его не радовал.
- Ты ведь не собираешься пытаться развестись со мной?
- Конечно нет, - Джерри озарил дока обворожительной улыбкой, а в глазах его сверкали расчётливые черти. – Я был бы идиотом и плохим Защитником, если бы ушёл со столь выгодного места и от человека, которого Том любит. Но мне нравится, что ты боишься.
«Перегрузка системы, система зависла» - было написано на лице Шулеймана, который по секундам осмыслял слова Джерри, вместившие в себя два полных противоречия, пытался найти логику и понять, чему же верить. Хотел спросить, потребовать объяснений, но крыса уже исчезла из поля зрения. Поднявшись с пола, он пошёл к ванной и открыл незапертую дверь.