Оскар кивнул, принимая информацию к сведению. Джерри поднял палец:
- Кстати, в том числе поэтому, из-за своей поставленной под сомнения мужественности, Тому не нравится выходить с тобой в свет. Он понимает, что появляется на вечерах в качестве твоей «жены»; ему нет места среди мужчин и ваших разговоров, но и к женщинам он пойти не может, как минимум потому, что это усилит его клеймо «среднего пола».
Шулейман выматерился, резко поведя подбородком, отвернув голову. Подкурил вторую сигарету.
- Я так понимаю, бессмысленно спрашивать, почему Том молчал? – спросил он.
- Он пытался с тобой поговорить, что нелегко ему даётся, но ты его не услышал.
Новое отрывистое крепкое словцо сорвалось с губ Оскара, он ударил пальцем по сигарете, стряхивая пепел.
- Видишь, я могу дать тебе то, что не купишь ни за какие деньги – информацию. Ответы, - сказал Джерри через паузу, данную доку на осмысление и размышления. – А ты меня душишь, - в голосе его прозвучала укоризна.
- Я не собирался тебя убивать, - резко развёл руками Оскар, - только придушить до обморока.
- Уверен, что смог бы меня откачать, пока не стало поздно? – Джерри склонил голову чуть набок. – Ты ведь знаешь, что случается с мозгом даже от кратковременного кислородного голодания?
- Знаю, - угрюмо ответил Шулейман.
Джерри вновь дал ему немного времени и затем сказал:
- Всё чаще у меня складывается такое ощущение, что ты хочешь, чтобы твой самый первый поставленный Тому диагноз сбылся – чтобы он стал идиотом не в житейском понимании, а в клиническом.
«В принципе, в этом есть определённый смысл: умственно неполноценный человек никогда не уйдёт…», - добавил Джерри мысленно, вслух делать такие заявления пока что рано.
Вероятно, этим объясняется и недовольство Шулеймана тем, что Том никак не пользуется его состоянием и своим положением. Ему нравится, что Тома не интересуют деньги, но ему не нравится, что он не может привязать к себе Тома деньгами. Шулейман понимает, что главное его достоинство – это деньги, а не его сомнительные личностные качества. Кто из его окружения был бы с ним, не будь у него за душой состояния из десятков чисел с девятью нулями? Друзья? Будь он обычным офисным служащим, они бы не посмотрели в его сторону. Женщины? На свидание с женщиной из половины его любовниц простому обывателю надо не один месяц копить, и то вряд ли бы встреча случилась, потому что проститутки и эскортницы такого уровня работают только с соответствующим контингентом. А другая половина его любовниц также не удостоила бы его вниманием, поскольку женщины, которых выбирал Шулейман, весьма меркантильны. Джерри знал, он с ними работал; среди моделей были и другие представительницы женского пола: которым нравилось самим зарабатывать и чего-то добиваться, которых интересовало искусство, а не деньги, и так далее. Но Шулейман выбирал тех, кто, садясь на его член, мечтал о кольце на пальце и беззаботной жизни во дворце с красавцем-миллиардером. Ещё родители показали, что любить его не за что. Мама не любила вовсе, а папа готов был любить только наследника, о котором мечтал, и всю жизнь Оскара был им недоволен. Откуда ему знать, что такое безусловная любовь и равноправные партнёрские отношения?
- Я этого не хочу, - твёрдо ответил Оскар.
- Хочется верить, - кивнул Джерри, что раздражило само по себе, но он ещё не закончил высказывание. – Ты ведь помнишь, что есть не только осознанные желания, но и подсознательные, подавляемые?
- И как тебя не душить, когда ты говоришь такие вещи? – сощурился Шулейман.
- Я всего лишь хочу безопасности для Тома и для себя, - невинно ответил Джерри. – Пользуйся моим безграничным терпением, тренируйся разговаривать на неудобные темы в том числе, в противном случае вы с Томом далеко не уйдёте.
Оскар поднял руку, желая то ли ударить, то ли шлёпнуть, то ли взять за грудки, но махнул на Джерри рукой в прямом и переносном смысле, отвернул голову, говоря под нос: