Потому что роль Защитника предполагает не только спасение, но и – исправление ситуации. А значит, должно быть что-то, что необходимо исправить. Простая логика, подкреплённая интуицией. Том не раскололся бы просто от сильного стресса, коим было покушение – последний по времени узловой эпизод в списке факторов-провокаторов, к тому всё шло. Даже повторное изнасилование не сломало Тома. До лета всё было в порядке, Джерри был уверен в этом на девяносто пять процентов – оставшиеся пять процентов отдавал на то, что всё-таки изнасилование проложило первую трещину, которая была незаметна, как, в принципе, было в прошлый, первый раз и как должно быть. В детстве по Тому, не зная его правдивую историю, нельзя было предположить, что параллельно с ним формируется и развивается альтер-личность, нематериальный близнец. Психические болезни и расстройства в большинстве своём никак не дают о себе знать до манифеста, а чтобы по мелким, нередко косвенным предвещающим признакам предугадать болезнь, надо быть незаурядным опытным специалистом. В настоящем предвестники у Тома были, немало их было.
Но Шулейману, конечно, выгоднее думать, что во всём виноват покойный бывший друг, а не он сам конкретно обосрался и должен признать это и что-то менять. Наверняка он не сознательно переводит стрелки, а искренне верит в вину Эванеса.
- Удачи тебе на поприще воскрешения покойника, - сказал Джерри. – Дай знать, когда получится, я с удовольствием поболтаю с Эванесом и отрежу ему одну часть тела.
До пункта «отсутствие свободы» так и не добрались. Но оно к лучшему. Данной причине Джерри уделял особое внимание, несмотря на то, что поставил в конец, а в её подпункт под названием «брак» можно было объединить все прочие выделенные им причины, в том числе два из трёх жестоких поступка Эванеса. Оскар так и не узнал, что Том очень хотел научиться кататься на велосипеде – о чём говорил ему, но так и овладел этим достаточно полезным умением. Не узнал, что Том хотел научиться играть ещё на каком-нибудь музыкальном инструменте, сам научиться, а не получить умение в готовом виде – думал о скрипке. Не узнал, что ещё в первые месяцы объединения Том думал о том, чтобы продолжить серьёзные тренировки по самообороне, но разумное желание забылось вместе с тем, как он осел в квартире Оскара, а затем и в его постели, постепенно эволюционируя в тёплого домашнего котика. Не узнал, что втайне от себя Том хотел путешествовать в одиночку; что в начале текущего года он часто думал про Африку, куда Оскар обещал его отвезти, но благополучно забыл о данном слове. Не узнал, что Том мечтал покататься на лошади, о чём поведал Маркису, но не партнёру и законному мужу. Много чего Том хотел, хотел развиваться, но так ничего и не сделал. Даже любимая камера, в руках владельца раскрывавшая его незаурядный потенциал, оказалась заброшенной.
Оставшись в одиночестве, Джерри стёр с фотоаппарата пыль, снял крышку и заглянул в видеоискатель, направляя объектив на окно.
Щёлк.
***
«Я буду учиться кататься на велосипеде», - сообщил Джерри.
На вопрос Шулеймана: «Нахрена?» ответил, что Том хотел научиться, а раз его нет, он займётся этим. Не впервой за Тома овладевать навыками.
На замечание: «Удивлён, что ты не научился раньше» сказал, что не посчитал данное умение необходимым, они ведь не в Нидерландах живут, где велосипед является основным средством передвижения.
Джерри сказал – Джерри сделал. Верная собачка с хвостом не на том месте, именуемая Вайлдлесом, по поручению купила велосипед и доставила к ним домой. Оставил его на первом этаже, чтобы Джерри не пришлось спускать транспортное средство вниз, пусть даже на комфортабельном лифте. В доме такого класса можно было не беспокоиться о том, что кто-то умыкнёт движимое имущество, а если какой-нибудь крупнокалиберный клептоман всё же проскочит и покусится, его остановит охрана.
В парк, примеченный Джерри по причине наибольшей благоустроенности для велосипедных прогулок и отсутствия в дневное время толп народа, отправились вдвоём. Шулейман не совсем понял, как подписался на участие в этом сомнительном мероприятии: по той причине, что Джерри умел хитрыми путями добиваться своего, или потому, что опасался отпускать его одного и даже охране не мог доверить присмотр за тем, чтобы он не исчез из-под носа? Остановился где-то посередине.
Надев всю защитную экипировку, Джерри затянул под челюстью ремешок шлема.