- Зачем ты это сделал?
- Во-первых, я хочу, чтобы ты был разочарован в сегодняшнем дне так же, как я, - отвратительно честно отвечал Шулейман. – Во-вторых, два стресса лучше, чем один, я очень хочу увидеть Тома.
Джерри откинулся на спинку стула, удержавшись от желания запустить Шулейману в голову его же чашкой с остатками кофе, и сплёл руки на груди. Кое-как впихнув в себя ещё несколько кусочков завтрака, он ушёл в спальню, а оттуда, промаявшись полчаса с неуёмным, упирающимся в ткань желанием, в душ, встал под ледяные струи. Но вопреки всем законам физики контраст пылающей горячей кожи и льда не унял возбуждение, а распалил ещё больше, да так, что мозг начал плавиться. Пришлось спасаться злостной мастурбацией, пока не взорвалась голова и то, что значительно ниже.
Достигнув третьей подряд разрядки, обессиливший Джерри сполз по увлажнённой каплями воды стеклянной стенке на корточки. Воспользовавшись тем, что он не запер дверь на замок, в ванную заглянул Шулейман, встал на середине комнаты, скрестив руки на груди и устремив взгляд на голого парня на полу душевой кабины, которого забрызгивала льющаяся сверху вода.
- Я тебя ненавижу, - процедил Джерри обессиленным голосом.
На губах Шулеймана расцвела гаденькая, жёсткая ухмылка:
- Как здорово, что наши чувства всегда взаимны.
Оскалившись улыбкой раненого зверя, Джерри больно укусил в ответ:
- Жаль, что между тобой и Томом и близко нет такого взаимопонимания.
Глава 9
Глава 9
Мы в облаках,
В синяках,
Были как Джокер и Харли Квинн,
Джокер и Харли Квинн.
Был у нас стиль,
Супер-скилл и тротил,
Сплошной адреналин,
Сплошной адреналин!
Слот, Джокер и Харли Квин©
Отдохнув сутки после отравления лошадиной дозой коньяка, Джерри, не щадя себя, вновь подошёл к Шулейману.
- У тебя есть те таблетки?
- Какие таблетки? – уточнил Оскар.
- Наркотики.
- Нет. Я уже давно не беру.
- Купи, - утвердительно кивнул Джерри.
Шулейман вопросительно посмотрел на него, и Джерри пояснил:
- Я продолжаю попытки вызвать переключение. Помогай, если хочешь увидеть Тома. Ты точно лучше меня знаешь, где достать запрещённые препараты, и тебе будет проще их приобрести.
- Именно экстази хочешь? Почему не что-нибудь другое? – спросил Оскар.
- Потому что экстази уже и Том, и я твоими усилиями употребляли, и никакой зависимости оно не вызвало. Про другие препараты у меня нет такой уверенности.
Объяснение было достаточно полным и убедительным, чтобы больше вопросов Оскар не задавал. Контактов дилеров у него не осталось, потерялись при очередном переносе информации на новый телефон, но у него были друзья, которые продолжали периодически отрываться и не гнушались запрещёнными препаратами. Пара звонков, и у него был телефон лучшей в Ницце фирмы, если её можно так назвать, занимающейся поставкой наркотиков тем, у кого на них всегда есть деньги. Холёный курьер, ничего не боясь, знал же, к кому едет, приехал по адресу, позвонил в дверь и передал покупку лично в руки.
Зайдя в комнату, где сидел Джерри, Шулейман протянул ему на ладони три таблетки голубого, жёлтого и розового цветов с разным вытесненным рисунком в виде букв и символов. Остальные, а заказал десяток штук, припрятал на будущее. Джерри посмотрел на его ладонь так, будто ему предлагали яд, который добровольно согласился испить. Отчасти так оно и было. Взяв первую, голубую, таблетку, Джерри положил её на язык и в тягучем молчании запил глотком воды, чувствуя, как кругляш ползёт по пищеводу вниз, чтобы упасть в желудок и начать воздействовать на мозг.
- Три не много? – спросил он, сделав перерыв перед второй таблеткой.
- Стандартная доза, это не самые мощные.
Джерри кивнул и взял с ладони Шулеймана вторую таблетку, сразу забрал и третью, чтобы не брать каждую с его руки. Оскар наблюдал за тем, как наркотик исчезает у него во рту, как он пьёт воду. В воздухе отчего-то ощущалось напряжение. Да, Джерри необъяснимо было страшно добровольно глотать сильный психотроп, как будто на самом деле яд принимал, но ни за что не скажет об этом и вида не подавал, разве что не претворялся, что настроение у него весёлое и лёгкое. Самоубийство альтер-личности, картина маслом. Сколько ещё раз он должен будет уничтожить себя, чтобы Том жил?