- При чём здесь месть? – нахмурившись, в этот раз неподдельно удивился Джерри.
- Впервые я привёз сюда Тома в его день рождения. Перед тем как оставить его одного, я точно так же обернулся на пороге и поздравил его.
- Я и забыл об этом. Неплохо вышло, два в одном, - с улыбкой проговорил Джерри, теперь целенаправленно платя Шулейману его монетой, показал два пальца, пару раз разведя их и сведя.
Помолчал, в то время как Шулейман также ничего не говорил, но и не спешил отвернуться, и, склонив голову набок, спросил:
- Открыть тебе одну тайну?
От его слов Оскара посетило паршивое ощущение, что за ним следили и застали с поличным, потому что Джерри в точности повторил его слова, его интонацию, с которой месяц назад на кладбище предлагал Эль раскрыть секрет. Но отбросил от себя эту глупость, поскольку, может, Джерри и сверхличность – или чёрт знает что, он уже ни в чём не был уверен, - но он может видеть намного больше обычного только в пределах их с Томом головы, перенестись сознанием на кладбище он никак не мог, тем более что его тогда вообще не было. Или был?..
Заболела перегруженная голова. Шулейман потёр ладонью лицо и ответил:
- Открой.
- У Тома проблемы с датами, - на удивление невраждебно раскрыл Джерри не свой секрет, который Том навсегда оставил бы при себе. – Он только в прошлом году наконец-то запомнил, когда у тебя день рождения, но сегодня не вспомнил бы о нём. Он не помнит, когда годовщина вашей свадьбы. Когда ты сделал ему предложение, он при всём желании не мог вспомнить, в какую дату ты обещал, что вы поженитесь, если через год Том будет с тобой, и о твоём обещании тоже забыл.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Ничего, - пожал плечами Джерри. – Просто информация.
Не очень твёрдой походкой Оскар подошёл к нему близко-близко, сфокусировал залитый литрами алкоголя взгляд на его лице и произнёс с непонятной непонимающей интонацией:
- Я видел, как ты пил, много пил. Но от тебя не пахнет.
- Твоё амбре всё перебивает.
- Нет, ты трезв, - настоял на своём Шулейман. - Как?
- В прошлом я часто оказывался в ситуациях, сопряжённых с употреблением алкоголя. Мне пришлось научиться создавать видимость, что я пью, - раскрыл секрет своей трезвости Джерри и, не видя смысла растягивать разговор до утра, которое и так вот-вот наступит, оставил Шулеймана одного.
«Пусть этот день окажется сном…», - подумал Оскар, прежде чем прямо в одежде упасть лицом в подушку.
«Пьянь, - фыркнул про себя Джерри, вставший на пороге спиной против падающего из коридора света. – Ничего не изменилось…».
Задохнётся ещё мордой в подушку. В другой ситуации Джерри был бы отнюдь не против такого исхода, но горе-док ещё нужен ему самому – и он нужен Тому. Потому, раздражённо вздохнув, подошёл к кровати, забрался на неё и попытался перевернуть безвольное девяностокилограммовое тело. С натугой и желанием придушить алкаша, но это ему удалось. Оказавшись на спине, что было половиной намеченного Джерри дела, Шулейман открыл глаза, устремил на Джерри взгляд. До этого он не совсем твёрдо стоял на ногах - без регулярных тренировок организм отвык от лошадиных доз спиртного, но мыслил вполне ясно, но после минутного сна в голове встрепенулась и воцарилась муть и взор поплыл.
- Том, - произнёс Оскар, потянув к Джерри руки.
- Ага. Спи, - ответил Джерри, перехватив его руки и пытаясь их уложить.
Шулейман не повиновался, тянулся и тянулся, сцапывал за руки, за плечи, выводя из себя Джерри, который каждый раз убирал от себя его лапы и стремился утихомирить и уложить «неразумного младенца».
- Спи! – твёрдо приказал Джерри и прижал Шулеймана за плечи, вынужденно сев на его бёдра.
Опередив его реакцию, Оскар запустил пальцы Джерри в волосы, сжал, потянул к себе, почти уложив на себя грудью. Скрипя зубами, Джерри решил позволить ему сделать, что он там хочет, надеясь, что после этого он успокоится и отстанет.
- Не Том, - через паузу, в которую вглядывался чёрными в темноте глазами в лицо Джерри, выдал Шулейман гениальное умозаключение.
Достаточно резко и сильно, чтобы Джерри не успел ему помешать, дёрнул за волосы в сторону, сбросил с себя, свалил на кровать, также перевернувшись на бок. Шипя от боли, опасаясь, что сейчас Шулейман на него навалится, и тогда пиши пропало, Джерри наконец избавился от его цепких пальцев, грозящихся снять скальп, вывернулся из-под накинутой на него руки и поднялся с кровати.