- Я могу тебе доверять?
- Ты можешь мне доверять, - утвердительно, без подвоха отзеркалил тот его слова.
Сейчас в нём говорил и Джерри, и Том. Том искренне хотел обсудить всё, понять, договориться, сделать то, что без опоры на плечо «старшего брата» сделать не смог. А Джерри всего лишь показывал завидное психологическое мастерство, вёл ситуацию, разыгрывая ради достижения угодного ему результата очередную партию своей многогранной игры. С этой двойственностью, ничуть ему мешающей, не расшатывающей должную быть единой личность, Джерри жил большую часть своего существования, мог подавить её, а мог выпустить и чувствовать и мыслить за двоих, в двух плоскостях. Можно было запутаться от такого, но Джерри – единственный – всегда чётко понимал разницу между собой и Томом. А теперь различать их стало ещё проще. Том любил Оскара, а Джерри с удовольствием уехал бы в собственную квартиру в выбранном им городе, где будет не только единственным полноправным хозяином квадратных метров, но и избавится от необходимости делить жизненное пространство с другим человеком, что неизменно вынуждает подстраиваться, и принял в свою жизнь кого-то более приятного, чем Шулейман. Джерри предпочёл бы вернуться в Париж, ему нравился этот город; нравился вид из окна в том районе, где снимал квартиру, которую мечтал купить; нравились просторные веранды, на которых можно предаваться философскому созерцанию прекрасных, душу радующих видов классической архитектуры да пылающих золотом или серебром в зависимости от времени дня крыш; нравилась глупая мысль, что там случилось чудо. Или в Амстердам переехал бы – был там только проездами для съёмок, но показалось, что люди там очень расслабленные, что не может не привлекать. Или в Лондон, колоритный город-многомиллионник, что может многое предложить и своим жителям, и случайным прохожим-туристам; Джерри в отличие от Тома не так нуждался в солнце и тепле, потому вполне смог бы основаться в промозглой столице Великобритании; там вишнёвые автобусы-великаны снуют муравьями, сокрушающий своей атмосферностью Тауэр и вечно свинцовая Темза.
Наконец-то Оскар ощутил единство с правой рукой, заботливо укрытой ладонью человека, от которого нежность и участие, простое человеческое тепло были совершенно неожиданны, и ему было приятно это тепло, текущее под кожу, успокоившее встревожившееся не на шутку сердце, что сейчас билось ровно. Не отказался бы от объятий, душа просила их, но вовремя – или не вовремя – вспомнил, что с ним не тот, у кого стоит искать поддержки. А Джерри не настаивал, лишь на мгновение сжал его ладонь чуть сильнее, чтобы ощущение контакта не растворилось в привычности.
Шулейман смотрел на отставленный на столик ноутбук, но так и не дал его Джерри, не показал запрятанные архивы, которые, не зная о них, не найти и не вскрыть, не рассказал всё то, что дополнило бы полученные им знания, - может быть, потом с Томом поговорит и раскроет все карты [вряд ли]. Одного «сеанса» мало, чтобы выстроить здоровое доверие и исправить всё то, что формировалось на протяжении тридцати двух лет жизни. Оскар вытащил ладонь из-под ладони Джерри, и Джерри в молчании тоже убрал руку.
В голове блуждала выбивающаяся из прочих размышлений вредоносная недоверчивая мысль, что теперь Джерри владеет мощнейшим из оружий – информацией, которой может воспользоваться как угодно. И Оскар никак не может изъять знания из его головы – они исчезнут лишь вместе с угасанием в нём жизни, а жизнь его в смысле физического существования неразрывно связана с жизнью Тома, что связывает руки.
До того, как распалось соприкосновение рук, Оскар не приметил кое-что важное.
***
По окончании седьмой тренировки, вытирая маленьким полотенцем пот с лица и шеи, Джерри обратился к тренеру:
- Криц, у меня есть к тебе ещё одна просьба-предложение.
Мужчина, также занятый приведением себя в порядок после активного занятия, кивнул, показывая, что слушает.
- Будь моим охранником, - озвучил Джерри желание.
Криц посмотрел на него вопросительно, несколько удивлённо, снисходительно.
- Шутишь?
- Нет, - уверенно качнул головой Джерри. – Я предлагаю тебе занять место моей личной охраны. Прошу об этом и настаиваю.
- Я таким не занимаюсь, - без раздумий отказал Криц и бросил своё полотенце на высокий квадратный столик.
- Я более чем уверен, что у тебя получится. С твоим опытом и навыками – ты идеальный телохранитель.