Кирнс снова беспокойно заерзал. Я же сидел тихо, как мышь. Кирнс не выдержал и заговорил:
– В газетах сказано, что Гудвин больше на вас не работает. Там не сказано, что уход его напрямую связан с моей женой, но я уверен, что это так.
– Вздор! – Вулф повернул голову в мою сторону. – Арчи?
– Вздор! – охотно подтвердил я. – Мне бы и в голову не пришло уволиться из-за мисс Холт.
Кирнс с силой врезал кулаком по подлокотнику кресла:
– Миссис Кирнс!
– Пусть так, – великодушно уступил я. – Миссис Уолдо Кирнс.
– Таким образом, – продолжил Вулф, – поначалу ваша супруга познакомилась с мистером Гудвином. Они сели прямо на крыльцо и завязали беседу. Вам, несомненно, известно, что в это время такси мисс Брэм, в котором лежало тело мисс Арден, стояло возле тротуара напротив моего дома?
– Да. И что сказала моя жена?
– До этого я еще не дошел. Вскоре к дому подъехала патрульная машина, полицейские обнаружили труп мисс Арден и вызвали подкрепление. А потом сюда нагрянула целая армия. Инспектор Кремер начал расспрашивать мистера Гудвина и вашу жену о случившемся, но в это время я сам вышел на крыльцо и пригласил их обоих в дом – разумеется, исключая мистера Кремера, – и они вошли. Примерно с полчаса мы беседовали, когда мистер Кремер появился вновь, теперь уже в сопровождении мисс Брэм. Я позволил им войти. Утомленный словоохотливостью мисс Брэм, мистер Кремер, которому вдобавок не терпелось переговорить с вашей женой наедине, увез ее с собой. Вот и все, сэр. Вы желали услышать правду, и я вам все рассказал. Добавлю еще кое-что – тоже чистую правду: поскольку ваша жена обратилась за помощью к мистеру Гудвину, а через него – и ко мне, все полученные от нее сведения рассматриваются нами как конфиденциальные и разглашению третьим лицам не подлежат. Теперь позвольте…
Кирнс буквально выпрыгнул из кресла, но в это самое мгновение в дверь позвонили. Учитывая, что от человека, способного зарезать женщину, можно ожидать чего угодно, я собрался было уступить лавры швейцара Фрицу, однако, перехватив выразительный взгляд Вулфа, направился в прихожую сам. На крыльце стоял высокий парень с выпирающими скулами и волевым подбородком. Кирнс, оставшись наедине с Вулфом, что-то протявкал, но оружие, похоже, ниоткуда не извлек. Я снял цепочку и открыл дверь.
– Я к мистеру Вулфу, – произнес незнакомец. – Меня зовут Джилберт Ирвинг.
Соблазн, признаюсь, был слишком велик. Каких-то двенадцать часов назад я стал свидетелем того, как жестоко поплатился Кремер, коварно устроивший очную ставку Майры с Джуди Брэм, но на этот раз темпераментный участник уже находился в кабинете, причем не в лучшем виде, и мне было интересно увидеть его реакцию, а возможно, и полезно. Поэтому я пригласил Ирвинга зайти, принял его хомбург, разместил его на полке рядом с потрепанной шляпой Кирнса и провел вновь прибывшего в кабинет.
Кирнс все еще тявкал, стоя перед письменным столом Вулфа, но, увидев, что тот насупился и перевел взгляд на меня, обернулся в мою сторону.
Я сделал вид, что хмурый взгляд Вулфа ко мне не относится, хотя я нарушил одно из основных наших правил: никогда не вводить в кабинет посетителя без разрешения Вулфа. В данном случае я мысленно оправдывал себя тем, что Майра по-прежнему оставалась моей клиенткой, да и вел дело я. Поэтому без лишних формальностей произнес:
– Мистер Джилберт Ирвинг. Мистер Вулф.
То, что случилось дальше, было довольно любопытно, хотя особой пользы нам и не принесло, так как мы и без того знали, что Кирнса с Ирвингом никто не назвал бы закадычными друзьями. И я бы не дал голову на отсечение, что Кирнс в него плюнул, – возможно, он просто фыркнул так резко, что изо рта вылетела слюна. И тут же последовало не менее ласковое:
– Ах ты, ублюдок!
Возможно, Ирвинг занимался боксом либо где-то научился этому приему. Как бы то ни было, апперкот справа он выполнил четко, с молодецкой удалью, вложив в удар всю силу.
Кирнс взмыл в воздух, пролетел добрых шесть дюймов и обрушился прямо на край стола Вулфа.
Глава 8
Кирнс, следует отдать ему должное, выдержал нелегкое испытание с достоинством. Пожалуй, он меня даже поразил. Он ведь даже не пикнул! Разумеется, стол Вулфа спас его от куда более болезненного падения. Секунды три он не шевелился, затем, опершись на стол одной рукой, приподнял голову, осторожно повел ею вперед, затем назад, решил, что шея не сломана, и тогда встал. Покачиваясь, неверной поступью устремился к двери. Достигнув прихожей, он уже почти не шатался.
Я выбрался из кабинета вслед за ним. Кирнс, по-прежнему ни слова не говоря, снял с полки свою шляпу, сам открыл дверь, вышел и аккуратно, даже не хлопнув, как наверняка поступили бы на его месте многие другие, прикрыл ее за собой.