– Один вопрос, – начал я. – На больше нет времени. Когда ты в последний раз видела Уэйда Эйслера?
Она вздернула подбородок и прищурилась, припоминая. Ранее я упоминал ее часть, которая не про меня, но вот эта ее часть как раз про меня. Никаких «зачем» и «почему» – я задал ей вопрос, и она думала над ответом. На воспоминания времени ей понадобилось больше, чем Кэлу.
– Вскоре после твоего ухода, – в итоге сообщила она. – Он поставил чашку, и я спросила, хочет ли он еще кофе, и он ответил «нет». Захотел кто-то другой, а кофейник оказался почти пуст, и я отправилась на кухню. Феликс и Роберт грызлись из-за того, когда нужно ставить на лед шампанское, и я послала на террасу с кофейником Фриду, а сама принялась их успокаивать. А кто беспокоится об Уэйде Эйслере?
– Никто. И долго ты оставалась на кухне?
– О, минут десять. С Феликсом иногда трудно сладить.
– Когда ты вернулась, Эйслера уже не было?
– Не обратила внимания. Все разбрелись. Кто-то перешел в гостиную. Затем Лаура Джей сказала, что пропала веревка Кэла Барроу, и я помогала им искать ее, а потом и гости начали прибывать.
– Когда ты заметила, что Эйслер исчез?
– Чуть позже. Роджер Даннинг хотел кого-то познакомить с ним и спросил, где он. Я не знала, да меня это и не волновало. Я предположила, что он ушел, не удосужившись поблагодарить меня за ланч. С него станется. – Она тряхнула головой. – Это уже четыре вопроса. В чем дело?
– Кэл Барроу искал свою веревку и нашел тело Эйслера на полу в кладовке с этой самой веревкой на шее. Тогда он позвал меня. Сейчас стережет дверь в кладовку. Ты позвонишь в полицию или это сделать мне? – Я посмотрел на часы: четыре минуты седьмого. – С тех пор как я увидел его, уже прошло шестнадцать минут, так что лучше не затягивать.
– Нет, – произнесла она.
– Да, – парировал я.
– Уэйд Эйслер покончил с собой?
– Нет. Он не висит, а лежит на полу. И еще, после того как петлю затянули, веревку раз десять обмотали вокруг шеи. Это не он сделал.
– Но как… Кто мог… Нет!
– Да. Пусть уж лучше я преподнесу тебе подобное, я рад этому. То есть я хочу сказать, раз уж это произошло, я рад, что нахожусь здесь. Так мне позвонить?
Лили сглотнула.
– Нет, я сама. Это мой дом. – Она тронула меня за рукав. – Чертовски рада, что ты здесь.
– Спринг семь, три-один-сто. Я повторю номер: Спринг семь…
– Ты еще и издеваешься! Впрочем, сейчас самое то, это помогает. Позвоню из спальни.
Она двинулась, но я остановил ее:
– Мне собрать гостей и сказать им, что прибудет полиция?
– Боже мой! Здесь, в моем доме… Но, конечно же, это обычное дело. Такое правило этикета – когда устраиваешь у себя вечеринку, потом кто-то находит труп, собираешь гостей, делаешь объявление, а затем говоришь: мол, надеюсь, вы придете еще и…
– Много болтаешь.
– А как же. – Она пошла, и я шагнул, чтобы открыть ей дверь.
Поскольку наверняка где-нибудь поблизости находилась машина полицейского патруля, времени оставалось немного, и я, выйдя на террасу, прокричал:
– Всем внутрь! И бегом! Внутрь, всем!
Потом вошел в гостиную и взобрался на стул. Мне хотелось увидеть их лица. Вообще-то, по лицам редко когда можно узнать что-то полезное, особенно когда их больше двадцати, но ведь всегда надеешься: а вдруг повезет. Вокруг меня сгрудились уже находившиеся в помещении, и к ним присоединились и пришедшие с террасы. Я повернулся к музыкантам и жестом велел им закругляться. Мел Фокс, разгоряченный шампанским, громко предположил:
– Она влюбилась и раздобыла седло для меня.
Все засмеялись. Когда целый час пьешь шампанское, смех дается легко.
Я поднял руку и помахал.
– У меня дурные новости, – объявил я. – Мне очень жаль, но так уж получилось. На территории пентхауса обнаружен труп. Труп Уэйда Эйслера. Я видел его. Эйслера убили. Мисс Роуэн в данный момент уведомляет полицию, и скоро они прибудут. Она попросила поставить вас в известность. Естественно, никто не уходит.
Воцарившуюся тишину нарушил вовсе не сдавленный крик, как можно было бы предположить, а хихиканье, изданное Нэн Карлин. Затем Роджер Даннинг поинтересовался:
– И где же он?
Лаура Джей бросилась к двери на террасу и выскочила наружу, а лица, которые я так хотел увидеть, разом отвернулись от меня, когда в арке появилась Лили. Она вошла и громко сказала:
– Ладно, я вас позвала, и вот теперь мы влипли. Я не особенно следую всяким правилам, но сейчас одно мне все-таки требуется. Что делает безупречная хозяйка, когда один гость убивает другого? Наверное, мне следовало бы извиниться, но это навряд ли…