Пока я вытряхивал патроны, из прихожей появился Вулф. Приблизившись, он спросил:
– Арчи, мистер Барроу и вправду дорожит этой женщиной?
– Еще как! Это даже могло бы придать ему решимости заговорить об этом.
– Да поможет ему Бог! – Он сурово уставился на нее сверху вниз. – Мадам, вы опаснейшее из всех живых существ. Впрочем, вы все равно здесь и, возможно, еще мне понадобитесь. – Он развернулся и проревел: – Фриц! – (Фриц, должно быть, караулил в прихожей, ибо появился мгновенно.) – Это мисс Лаура Джей, – объявил ему Вулф. – Отведи ее в Южную комнату, а когда ланч будет готов, отнеси ей поднос.
– Я пойду, – произнесла Лаура. – Мне надо в… Я пойду.
– Нет! Иначе в течение часа вы опять затеете что-нибудь недоброе. Я намерен разоблачить убийцу, и я принял заключение мистера Гудвина, что это не мистер Барроу, а вы, вероятно, понадобитесь. Это мистер Фриц Беннер. Следуйте за ним.
– Но я должна…
– Черт побери, вы идете или нет?! Мистер Кремер не прочь узнать, зачем вы явились к мистеру Гудвину. Хотите, чтобы я позвонил ему и рассказал?
Она повиновалась. Я взял с дивана ее жакет и вручил его Фрицу, и он повел ее к лифту. Вулф велел мне:
– Свяжись с мистером Даннингом.
Он прошел к своему столу и сел. Я убрал «грабер» и патроны в ящик, отыскал в телефонном справочнике номер отеля «Парагон» и позвонил. Девушка ответила, что номер Даннинга не отвечает, и я попросил поискать его. Результатов это не принесло, и я оставил сообщение, а затем попытал счастья в «Мэдисон-сквер-гардене». Там я его и застал.
Вулф взял трубку, я остался на линии.
– Мистер Даннинг? Это Ниро Вулф. Мы встречались вчера у мисс Лили Роуэн дома. Мисс Роуэн наняла меня расследовать то, что она называет злоупотреблением гостеприимством, – насильственную смерть одного из ее гостей, – и я хотел бы повидаться с вами. Не заглянете ли ко мне, скажем, в четверть третьего?
– Не могу, – ответил Даннинг. – Никак нельзя. Да и в любом случае я рассказал полиции все, что мне известно. Полагаю, мисс Роуэн имеет право нанимать вас, раз уж ей этого так хочется, но не понимаю зачем… Так или иначе, я не могу. Кошмар, сущий кошмар, но у нас тут на вечер намечается представление, если я, конечно же, доживу до него.
– Убийство навевает кошмары. Вы рассказали полиции о визите мисс Карлин в квартиру мистера Эйслера в воскресенье вечером? – (Молчание. Прошло пять секунд.) – Так рассказали?
– Не понимаю, о чем вы говорите.
– Так не пойдет, мистер Даннинг. Если придется, я могу задать этот же вопрос полиции, но у меня нет такого желания. Я предпочел бы обсудить его с вами, а еще с мисс Карлин и мистером Фоксом. Не соблаговолите ли подъехать ко мне в четверть третьего? «Да» или «нет» будет достаточно. Пожалуй, обсуждать этот вопрос по телефону неблагоразумно.
Снова молчание. Шесть секунд.
– Я приеду.
– С мисс Карлин и мистером Фоксом?
– Да.
– Хорошо. Буду вас ждать. – Вулф повесил трубку и взглянул на меня. – Арчи, эта женщина может попытаться вылезть в окно?
– Нет. Она на крючке.
– Очень хорошо. – Он посмотрел на настенные часы. – Ланч через сорок минут. Отчитывайся.
Глава 4
Когда троица прибыла, меня внизу не было. Они явились на пять минут раньше назначенного срока, в десять минут третьего, и я еще находился наверху с Лаурой Джей. Южная комната располагается на одном этаже с моей, в задней части, как раз над спальней Вулфа. Я покинул столовую раньше, чем Вулф допил кофе, и поднялся в Южную комнату, отчасти убедиться, что Лаура Джей все еще на месте, отчасти посмотреть, съела ли она что-нибудь из того, что принес ей Фриц, и отчасти сообщить, что мы ждем Нэн, Мела и Роджера Даннинга и если Вулф захочет, чтобы она позже присоединилась к ним, за ней приду либо я, либо Фриц. Все три цели оказались достигнуты. Она была на месте, стояла у окна, и солнце играло огнем на ее волосах медового цвета. На тарелке остался лишь один креольский фриттер, а салат она съела весь. Я предполагал, что она будет настаивать спуститься со мной, а не ожидать вызова, но нет. Просто из любопытства я поинтересовался, собиралась ли она нажать на спусковой крючок, как только я повесил бы трубку, или же подождала бы, когда обернусь, на это она ответила, что мне следует знать, что она никогда не станет стрелять человеку в спину.