– Норр, о чем ты говоришь?! – пролепетала я, уловив в его голосе те же опасные нотки, что и в Дамане, перед тем как призрак на свой страх и риск ринулся закрывать разлом.
– Мне пора, Ниэль, – снова улыбнулся он и глубоко вздохнул. – Вот теперь действительно пора. А значит, нам пришла пора попрощаться.
Глава 21
Когда мы встретились взглядами, первыми моими мыслями были: «Как, сейчас?!» и «Да ты шутишь!». Но потом я поняла – нет, он не шутит, и момент, о котором я очень старалась не думать, действительно настал.
В то же время я по какому-то странному наитию взглянула на темного бога и неожиданно поняла, что они с Норром… не похожи, нет. Напротив, даже внешне они оказались настолько подчеркнуто разными, что это никак не могло быть простым совпадением.
В то же время Норр сейчас выглядел таким, каким мы с Ником видели его в преддверии царства теней. Там, где, как он и сказал, невозможно солгать и где его внешность именно такая, какая на самом деле. Тогда как Саан… темный бог… прародитель зла, как его нередко называли… мог выглядеть как угодно. И до последнего держать нас в неведении относительно того, кого же мы на самом деле освободили из подземелий замка Нол-Рохх.
А ведь он сам когда-то обмолвился, что только богу доступно читать чужие души. И только бог, наверное, мог привести нас с Линнелем туда, откуда обычные люди не возвращаются. Лишь темному богу могло быть доступно управление спонтанными порталами, да еще так, чтобы незаметно привести нас сразу на шестой уровень и так же аккуратно оттуда вывести. Саан недавно сказал, что у него еще нет души, но, кажется, теперь я знаю, куда она подевалась. И почему Норр не мог воздействовать на мертвых, точно так же как истинно темный бог пока не вернул себе способность воздействовать на живых.
Казалось, это так просто – поверить в то, во что при других обстоятельствах я бы ни за что не поверила. Но это именно Норр когда-то заточил сам себя в кольце. Это он когда-то забросил себя самого в глубокие подземелья. Это он, будучи не в силах контролировать мертвецов, дал своей мрачноватой силе просочиться наружу и окружить его исключительно нежитью.
И тогда, и сейчас он не хотел нам зла. Берег от себя самого. Тогда как мы все это время упорно считали врагом того, кто в действительности так многим ради нас пожертвовал.
Что же касается артефактов…
Я опустила взгляд на левую руку, где тихо-мирно сидело самое обычное, совершенно невзрачное с виду кольцо, которое тысячелетиями удерживало в себе воистину темную сущность.
– Прости, я не понимала, – снова подняв взгляд на тень, прошептала я. – Я совсем ничего не понимала раньше!
– Ты умница, – в третий раз улыбнулся Норр. – И ты во всем права, даже в том, о чем я бы не хотел вам говорить.
– Значит, оно все-таки светлое? – снова спросила я, смахнув с ресниц некстати набежавшую влагу.
– Это – единственное, что связывает меня с сестрами. Единственный мостик, через который их можно вернуть.
– Вот почему в Рино они откликнулись и снова исчезли… Прости еще раз, – я шмыгнула носом и повернулась к терпеливо ждущему Саану. – И спасибо тебе за все.
Он сухо кивнул, бросив выразительный взгляд на алтарь и тем самым недвусмысленно посоветовав поторопиться. Я снова кивнула, отступила на шаг и, нащупав руки Ника и Ланки, тихо вздохнула:
– Действительно, пора… пора наконец вызволить тебя из заточения.
Ник в ответ крепко сжал мои пальцы. Ланка, кажется, хотела что-то сказать, но тут между наших ладоней забрезжили первые искорки до боли знакомого света, и сорвавшийся с ее языка вопрос потонул в ослепительной яркой вспышке.
На этот раз все было почти как в Норне – стихии сами по себе не появились, вокруг нас не закружился разноцветный вихрь. Свет просто пришел на зов и моментально затопил все вокруг. Приятный. Теплый. Яркий, но не обжигающий. Размеренно льющийся во все стороны чистейший свет, который наполнил мою душу небывалым покоем.
Наверное, тогда я ощутила и нечто новое. Взошла но новую ступень наших с Ником взаимоотношений. Никакого страха, никаких сомнений… наши души без всяких препятствий касались одна другой, частично переплетаясь, соединяясь, но все еще сохраняя индивидуальность. Не потому, что так хотелось, нет, но что-то во всем этом было слегка неправильным. И лишь чуть позже я поняла – нам все это время не хватало третьего. Еще одной души, которая всегда и во всем нас поддерживала.
– Лан, не отстраняйся, – то ли шепнул, то ли подумал Ник и привлек вяло сопротивляющуюся ведьмачку.
– Да вы же вдвое… я не… и вообще – третий лишний!
– Дурочка, – рассмеялся маг. – Без тебя мы – ничто. Свет – это не только любовь или вера, но еще и стойкость. А ты, рыжик, из нас самая стойкая. И самая смелая, так что нам без тебя никак.