– Ни-че-го, – по слогам ответила бабуля. После чего развернулась и нетвердой походкой двинулась к выходу.
– Ты уж как-нибудь поаккуратнее, – шепотом попросила я, косясь на широко ухмыльнувшегося мальчишку. – Вряд ли моя бабуля готова к таким откровениям.
– Уговорила. Тогда не буду ей рассказывать о своем кровавом прошлом. Она наверняка этого не оценит.
Я сердито посмотрела в спину беззаботно насвистывающего мальчишки, все еще с трудом веря, что ему намного больше лет, чем кажется. Но когда он ушел, я все же не сразу направилась следом – сперва нужно было позаботиться о мастере Миррте и сделать так, чтобы его пребывание в нашем сарае было как можно более комфортным.
Глава 10
На то, чтобы высушить и привести в порядок густую шерсть, у меня ушло около получаса. Ана поначалу пыталась мне помогать, даже взялась за конский скребок, однако выходило у нее из рук вон плохо. То скребок падал и тонул в звериной шубе, то сама шерсть безнадежно запутывалась, да так, что ее приходилось выстригать, то острые на концах ворсинки больно впивались в пальцы… Несколько раз ошибившись и заполучив массу неглубоких, но неприятных царапин, девушка в конце концов отступилась и, извинившись, ушла.
Меня это ничуть не расстроило. Напротив, в моих руках работа настолько спорилась, что вскоре я даже заподозрила спящего зверя в немыслимом коварстве. Его шерсть, которая так и норовила уколоть Ану, ко мне буквально льнула. Сама собой укладывалась ровными прядями и даже не порывалась царапнуть. Казалось, ее и вычесывать-то особо не требовалось – стоило просто провести рукой, как грязь отваливалась сама собой. Но что самое интересное, даже такое монотонное действие оказывало на меня благоприятное воздействие. Я, сама того не заметив, успокоилась, увлеклась. Расслабилась. А затем поняла, что даже простое прикосновение к зверю приносит мне удовольствие.
Да, мне действительно это нравилось и не составило никакого труда поухаживать за спящим мроном, хотя со стороны, наверное, это и смотрелось странно. В какой-то момент я забылась и даже начала напевать под нос старую детскую песенку. А потом ощутила под пальцами едва уловимую вибрацию и пораженно застыла.
Нет, это что… он мурлыкает?! Правда?! Да еще и умудряется в такт мелодии попасть?!
Поначалу я была настолько шокирована этим открытием, что даже застыла, боясь поверить в происходящее. Мрон тоже замолчал, словно и не он только что мурчал наподобие большого сытого кота. Мне поначалу показалось, он это нарочно. И вообще, может, и не спит давно. Но потом я вспомнила – в этом могучем теле находится не только Адан Миррт, но и наша замечательная Злюка. И вот ей-то даже в сонном состоянии мурчать не возбранялось.
Успокоив себя таким образом, я закончила с чисткой, уборкой и, погладив напоследок страшноватую морду, тихонько шепнула химере на ухо:
– Выздоравливай поскорее, ладно?
Зверь в ответ проворчал что-то неразборчивое, после чего свернулся калачиком и, приткнувшись к моему боку, тихо засопел, словно ничего иного ему было не нужно.
Постояв рядом какое-то время и рассеянно погладив мягкую шерсть, я все же попрощалась и ушла, чувствуя, как намокла куртка и как чавкает в сапогах набившийся внутрь, но уже успевший подтаять снег. Бабуля, если увидит, за такие вещи ого-го какой нагоняй могла дать, поэтому я не стала искушать судьбу – действительно вернулась в дом, умылась и сменила одежду. А когда спустилась вниз и, застав всю троицу за обеденным столом, встретила их вопрошающие взгляды, сразу поняла: вот смерть-то моя и пришла. Теперь бабуля ни за что не отцепится – слишком уж многое я успела ей показать.
– Ладно уж, садись, – буркнула нэла Оли, когда я нерешительно замерла на пороге. – На твое счастье, Вильгельм уже ввел меня в курс дела. Вместе с этим твоим, новым другом.
Причем слово «друг» она выделила отдельно, при этом выразительно покосившись на зависшего под потолком призрака.
– Ругать уже не буду, – тем временем продолжила бабуля. – Вернее, буду, но не очень сильно.
«И на том спасибо», – мельком подумала я, присаживаясь на лавку рядом с Аной. Та выглядела несколько пришибленной. Видимо, бабулин непререкаемый авторитет и на нее успел произвести неизгладимое впечатление. С дедом-то девчонка вон как спорила. Только искры летели. А тут даже глаза лишний раз от стола поднять не осмеливалась.
– Тебе необязательно выходить за него замуж, – без всяких предисловий начала бабуля, едва я решила, что буря миновала. – Пара – это еще не семья, а так, зачаток. Если мрон тебе не люб, всегда можешь отказаться.